Читаем Тень Сталина полностью

Появившийся в 1947 году лазер дал возможность в 1950-м создать кантилевер и атомно-силовой микроскоп. В сочетании с туннельным микроскопом этот сделанный в Зеленогорске прибор открыл возможность создавать сложные микросхемы: он позволял внедрять отдельные атомы индия в монокристаллы кремния и германия. Уже на спутнике «Космос-4» была собрана установка, позволяющая получать сверхчистый монокристалл при помощи зонной вакуумной плавки в открытом космосе и доставлять продукцию на Землю. Космос начал окупаться. Полученные таким образом монокристаллы отличала очень высокая чистота (девять девяток после запятой), то чего невероятно сложно добиться в земных условиях. В результате появились очень надёжные микросхемы. Это влекло за собой значительное уменьшение размеров и веса оборудования. Больших успехов при работе с этими образцами добилась совместная компания «Сони». Их большая интегральная микросхема с сорока восьмью выводами могла быть использована как сумматор, каскадный усилитель, умножитель частоты. Ибуки гарантировал до десяти лет непрерывной работы устройства. Это был прорыв в электронике. Первое, что он сделал на основе этой микросхемы, был трехканальный приёмоиндикатор импульсно-фазовой радионавигационной системы, позволяющий получать текущие координаты в режиме реального времени на скоростях до 3М. Мы начали проектировать второе поколение крылатых ракет. Ракеты должны были обладать возможностью преодолевать зоны ПВО противника в режиме огибания местности, воспринимать работу излучателей всех известных РЛС, определять своё местоположение в пространстве благодаря заложенной в них электронной карте с точностью до пятнадцати – семнадцати метров. Лазерные высотомеры давали избыточно точную высоту полёта в невидимом спектре. Появление лазерных дальномеров в авиации и на флоте в свою очередь ускорило прицеливание и пристрелку в разы. Тот же Ибуки на заводе своей фирмы создал уникальный цех по сборке и проектированию БИМС. Но его методы успешно работали пока только в Японии. У нас в Зеленогорске дела обстояли много хуже: не хватало исполнительской культуры и «слепого повиновения инструкции». Брака в Зеленогорске было в несколько раз больше, чем в Осаке и Токио. С этим явлением пришлось долго и упорно бороться: набирать людей с определёнными психологическими качествами, создавать целую систему подготовки и очистки инструмента, воспитывать работников, чаще всего рублём, вводить новую систему контроля допуска в рабочую зону. Но в конце концов справились и с этой проблемой. Дальше пошло легче: появился опыт, кадры, понимание физических и психологических процессов. В том числе и по контролю качества.