Читаем Тень сбитого лайнера полностью

Булат имел на руках украинский паспорт и миграционную карту, был уверен, что пограничники не заметят, что он въезжает по чужим документам. Во-первых, между ним и Пекарем была некоторая схожесть. Во-вторых, Кирилл знал, как отвлечь и рассеять чужое внимание. Главное тут – спокойствие. Именно волнение является основным признаком того, что у человека не все в порядке.

Машина проехала вдоль металлической ограды и встала перед проходной.

Булат посмотрел в окно. Сквозь металлические прутья были видны здания, напротив которых на скамейках сидели люди. По дорожкам бегали дети.

– У тебя здесь кто? – спросил водитель.

– Крестник и его мать, жена друга, – ответил Булат и протянул деньги.

– На бензин возьму, остальное прибереги. – Таксист выдернул одну из двух пятисотрублевых бумажек, сунул в карман, некоторое время хмурился, глядя перед собой, потом заявил: – Ты если туда собрался, то скажи.

– Собрался, – признался Булат.

– Знаю я одного человека. Он за матерью едет, семью уже вывез. Но ему легче, у него паспорт украинский.

– У меня тоже.

– Если надумаешь, позвони мне. – Таксист протянул пассажиру визитку. – Я ему передам, и вы встретитесь.

– Спасибо. – Кирилл выбрался из машины.

Со странным смешанным чувством волнения и нетерпения он поднялся на второй этаж пансионата. В коридоре никого не было. Лишь где-то плакал ребенок. Звук шагов тонул в ковровой дорожке.

– Ты?..

Олеся смотрела на него так, словно на пороге стояло привидение. Он стремительно погружался в синеву ее глаз, растворялся в ней. При этом Кирилл понял, что, отправляя письмо, она, по-прежнему любимая, мало надеялась на такой исход.

– Здравствуй! – Он не узнал своего голоса, вмиг охрипшего.

В висках стучало, во рту пересохло…

– Проходи. – Олеся потупила взгляд. – Не разувайся.

Небольшая комната была рассчитана на двух человек. Кровати, холодильник, телевизор и стол. Через занавеску, надувшуюся пузырем, с улицы доносились голоса детей.

– Здравствуйте! – Ваня настороженно посмотрел на мужчину, вошедшего в комнату, потом на мать.

Ростом он уже почти догнал ее.

Булат поставил сумку к стене.

– Не узнал крестного?

– Дядя Булат! – восторженно воскликнул подросток и подошел ближе.

– Смелее! – Кирилл протянул руку. – Вырос!

– Ты, конечно, устал с дороги, – спохватилась Олеся. – У нас здесь душ…

– Позже, – отмахнулся Булат, опускаясь на стул. – Я самолетом, так что не успел вымотаться. Ты лучше расскажи мне все.

– Вот так с порога? – Олеся неловко пожала плечами.

– Я ограничен во времени, – соврал гость. – К тому же это наша общая беда.

– Ваня, сходи погуляй, – сказала Олеся сыну.

Булат подвинул к себе сумку и вынул планшетный компьютер.

– Держи!

– Спасибо! – неумело скрывая радость, пробубнил подросток.

– С порога балуешь! – заявила Олеся.

– Мам, я к Витальке! – Крестник Кирилла исчез за дверями.

– Пойдем воздухом подышим, – страшась оставаться вдвоем, предложил Булат. – Заодно поговорим.

Солнце висело в зените, но жарко не было. Они неторопливо побрели по дорожке.

– Из письма я понял, что Тарас будет служить, пока не убедится в том, что вы в безопасности, – проговорил Булат.

Он уже не понимал, что с ним происходит. Лишь вчера все его мысли были заняты Татьяной, а сегодня он терял рассудок от другой женщины. Хотя какая она другая? Все та же Олеся, вечно сидевшая стальной занозой в его сердце.

– Ты меня слышишь? – Голос женщины вернул его в реальный мир.

– Нет… – Он растерялся и тронул висок пальцами. – Извини.

– Тарас уже знает, что я здесь, – настороженно глядя на Булата, сказала Олеся. – Последний звонок был вчера вечером. – Она сжала на груди края халата и всхлипнула. – Тараса перевели в регулярную армию. Они расположились между Константиновкой и Артемовском. Это километров сорок от Донецка. Я все продумала. Как только проберусь в Днепропетровск, сразу дам ему знать…

– Что? – Кирилл встал. – Как это в Днепропетровск?

– Там у меня знакомая, – заторопилась Олеся. – Я уже с ней созванивалась…

– Погоди! – остановил он ее. – Зачем тебе туда ехать?

– Как зачем? Ты разве не займешь нам денег?

– Займу. Вернее, так дам. – Ничего не понимая, он взял ее за запястья. – Ты толком можешь объяснить, при чем тут Днепропетровск?

– Я его там буду ждать. Как приедет, мы сразу отправимся в Киев, а оттуда сюда. – Она освободилась от его рук. – Ты ведь пока присмотришь за Ванечкой?

– Ты решила ехать сама! – наконец-то понял Булат. – Не пойдет. Еду я.

– Нет!

– Все! – Он нахмурил брови. – Другие варианты даже не обсуждаются.

– Но ты там совсем чужой!

– Глупенькая. Да я где угодно своим стану.

– Мы все долги тебе отдадим. – Олеся умоляюще посмотрела ему в глаза. – Я устроюсь на работу. Уже, кстати, здесь предлагали…

– Не надо мне ничего возвращать. – Булат почувствовал себя неловко. – Лучше давай решим, как будем поддерживать связь.

– Я дам тебе телефон Тараса. – Олеся вновь зашагала по дорожке.

– Это, конечно, хорошо, но я ему звонить не буду, – предупредил ее Булат. – У них служба безопасности все контролирует.

– Как же быть?

– С Тарасом ты будешь общаться по своему телефону, а со мной – по тому, который я тебе оставлю.