Читаем Тень Пса полностью

Точно, мы ж ещё с Василием подцепили какую-то адскую хрень из того Злого Вертуна, которая, как инфекция, теперь сидит в глубине души и ждёт своего часа.

Это всё к вопросу, на хрена мне с ними всеми воевать… Кажется, Тим, тебя спрашивать никто не будет, эти толчковые псы просто за тобой придут.

— Смотрю, вылунь, великие думы думаешь? — усмехнулся Хомяк, наблюдая за мной сквозь табачный дым, — Да не бойся ты, красногорцы своих не бросают. На том Красногория стояла и будет стоять!

Это он, я так понял, про аферы капитана Требухи. Да уж, знал бы сержант, что меня действительно беспокоит, тоже седым бы стал.

— О, Василий, — Сивый сразу отвлёкся от своего магострела и опёрся на него, обнимая, — Сейчас будет великая мудрость от Мяча.

— Умничаешь?

Сивый зло оскалился, думая, что бы остроумного ответить сержанту, как вдруг округлил глаза и вскочил, глядя куда-то между палатками:

— Твою ж Пробоину, царский комиссар прибыл.

На входе в лагерь и вправду было довольно живо, и над солдатнёй виднелся всадник на лошади. Довольно бодрым галопом тот направил коня к палатке капитана Требухи.

Хомяк тоже встал и проводил взглядом всадника. Потом сказал, усмехнувшись:

— Кажется, дела закручиваются…

Сивый спросил:

— Думаешь, отправят?

— Ну, а что? Красная Луна уходит, а на фронте никакого продвижения не было. А тут Белая вернётся, великолунские маги воздуха получат силу, и поведут войска вперёд. Ясное дело, сейчас наши подкрепления погонят.

Я встал, нетерпеливо переминаясь.

— Сержант, мне тоже туда надо, на фронт.

Хомяк, пригладив усы, окинул меня одобрительным взглядом. Он, наверное, видел во мне благородные патриотические чувства, не подозревая, что интерес у меня самый корыстный.

— Попробуем. Только сначала надо как-то разобраться с Требухой…

***

Капитан Требуха лично следил, чтобы я отправился исполнять приказ, как и положено, один, без лишних свидетелей. Пароль при встрече был довольно символичный: «Счастье так и витает в воздухе».

Сержант должен в это время пошёл в местное отделение полиции разузнать, кого направили дежурить в район, где жил комендант. Как я понял, в полиции у Хомяка были какие-то подвязки, и он хотел как-то разрулить ситуацию, попросить инспекторов опоздать или промахнуться кварталом.

Он хотел, чтобы сегодня меня не поймали, а завтра бы уже поезд уплыл. Через знакомого писаря, которому Хомяк спас жизнь, меня бы внесли в список рекрутов на фронт, и Требухе с комендантом пришлось бы потом искать другого счастливчика.

План ненадёжный и непродуманный, с кучей подводных камней. Впрочем, как и всегда у военных.

Я шагал в сумерках по Каменному Дару, поняв, что зашёл уже в довольно богатый район. Вдоль тротуара торчали подстриженные деревца, под ногами проплывала чисто подметённая брусчатка, а у многих домов высились красивые кирпичные заборы.

Гуляли толстые кошки с колокольчиками, лениво поглядывающие на воробьёв. Прохаживались дамы в элегантных пальто, из-под которых выглядывало вечернее платье. Многих сопровождали прилично одетые джентльмены, которые бросали на меня презрительные взгляды.

Смотрю, в этом городе обычных солдат не особо уважали. Или, скорее всего, именно в этом районе, где знакомство с комендантом давало право считать его подчинённых нижней кастой.

Адрес, который мне показал на листочке Требуха, я нашёл довольно быстро. Вот только торговая лавка, заставленная ящиками с фруктами за широкими окнами, на дом коменданта не очень походила.

Ну, было бы наивно полагать, чтобы Король сам участвовал в подставе. Для этого есть холопы.

Повертев головой, я почесал затылок под армейской фуражкой и думал уже войти, как вдруг остро ощутил на себе взгляд…

Я знал, что для подстраховки где-то недалеко ошивался Сивый, который должен был выстрелить в воздух и поднять тревогу, будто заметил в городе «уголька». Это должно было отвлечь полицию, если у Хомяка не получится договориться.

Но взгляд был совсем другой, и, когда коснулся меня тонкой дозой псионики, сразу же исчез. Я уже ощущал такое в Маловратске, когда Страж Душ распылял своё внимание по улице, сканируя людей вокруг.

Твою псину, оракулы всё-таки стали проникать в город и даже осмелились применять магию. Но что-то скручивать меня и хватать они не спешили…

Сивый был далеко, я видел его фигуру на углу улицы. Солдат изображал ужасную скуку, а иногда тревогу, когда что-то высматривал в закоулках. Готовился, видимо, поднимать панику.

Осторожный взгляд оракула снова коснулся меня. Ещё один присоединился. Любопытный, нетерпеливый, даже немного нервный поток псионики. Словно наблюдатели всё ждали, когда я уже начну двигать поршнями.

Тут до меня дошло, что хоть за мной и следили, угрозы я не ощущал. Кажется, я был не их целью, а всего лишь средством.

Не поворачивая головы, я попытался понять, откуда пришёл поток псионики. Прильнув к стеклу и слегка закрыв его своей тенью, я по отражению нашёл двух оракулов, стоящих за вывеской на другой стороне улицы.

Вот мимо них не спеша прошёлся полицейский в синей форме, и едва заметно кивнул Стражам.

— Эй, служивый, — окликнули меня.