Читаем Тень Основателя полностью

— Это прежнее имя, право на которое я утратил. Сейчас меня зовут «Неженка из предместья». Хотя куда чаще просто: «Эй, ты, дуй сюда!» или «Вали отсюда, белобрысый!» — добавил я тихим голосом.

Впрочем, похоже, призрак меня уже не слышал. Он что-то бормотал, видимо всецело погруженный в свои воспоминания. Прислушавшись, я смог различить что-то вроде: «Сержак… Ну, Дора, ну, стерва! И ведь ни словом, ни вздохом, ни намеком… И почему не сказала? А может, и к лучшему… Всех остальных, известных, братец-то того… А тут даже я не знал… Ну и хитрая же ведьма!!! Как будто предвидела. А может, и впрямь… всякие про нее слухи ходили. Могла бы и предупредить. Стерва!» — причем последнее слово было произнесено настолько мечтательно-восхищенным тоном, что никаких сомнений в отношении Первого императора к одной из древних представительниц нашего рода не оставалось.

Наконец отвлекшись от приятных воспоминаний, призрак обратил свое внимание на меня.

Некоторое время он просто пристально всматривался в мое лицо, словно пытаясь высмотреть нечто тайное, разобрать какие-то одному ему понятные знаки и символы. Хотя что он мог увидеть? Последний раз на свое отражение я смотрел сегодня утром. Грубая глиняная чашка, которую я спер у храмового сборщика пожертвований, не пережила короткой встречи с моей ногой, так что жажду пришлось утолять прямо из кадушки для сбора дождевой воды.

Отражение там, конечно, не очень, не сравнить с нормальным зеркалом, но кое-что разглядеть все же возможно. Для оценки этого вполне достаточно. Так что я абсолютно уверен: нет там ничего достойного столь пристального внимания. Рожа как рожа. Чуть более тонкие, чем у большинства других мальчишек Нижнего города, черты лица, скрываемые въевшейся пылью, успешно противостоящей редким попыткам мытья. Спутанные светлые волосы до плеч. Голубые глаза. Ничего особого… В Нижнем подобных мне бродяжек — одиннадцать на десяток будет. Но что-то Дракон, похоже, все же высмотрел, поскольку после долгого разглядывания сделал мне самое необычное предложение, которое я только получал за свою жизнь.

— Чего бы ты хотел? — Видимо, заметив мой взгляд, брошенный на бренные останки курицы, Первый император чуть заметно покачал головой: — Только не вздумай сказать, что хотел бы еще одну курицу. Это будет большой глупостью с твоей стороны!

— Почему? — не удержался я от вопроса. Интересно, он и мысли, что ли, читать может или просто так догадался?

— Во-первых, потому, что такой шанс выпадает нечасто и не стоит его тратить на такую мелочь, — холодно ответил призрак, а затем чуть усмехнулся и добавил: — Ну а во-вторых, у меня нет курицы! Прежде чем ответить, подумай, потомок. Как следует подумай! Предупреждаю, я могу дать тебе многое, очень многое, но и цену возьму соответствующую. Сейчас ты еще можешь сказать, что не нуждаешься в моих дарах, и просто уйти. Не бойся, я отпущу тебя. Но не будешь ли ты всю свою оставшуюся никчемную жизнь жалеть о том, от чего отказался? — Сейчас его голос был строг и серьезен.

Стоило только мне раскрыть рот, как призрак вновь перебил меня:

— Я сказал подумай! Но не только о том, что ты теряешь, отказавшись, но и о том, что потеряешь, назвав мне свое желание. Попросив какую-нибудь мелочь, вроде богатства, не будешь ли ты жалеть всю жизнь о том, что отдашь мне за презренное золото? Думай хорошо, потомок!

Собственно, я и думал. Судя по всему, мой предок, если, конечно, верить его утверждениям, был и впрямь настроен весьма серьезно. И похоже, даже в таком полупрозрачном состоянии мог немало. А значит, это был шанс! Призрачный, как и тот, кто его предлагал… Но даже призрачный шанс — это куда лучше, чем полная безнадежность. А значит, просить курицу или там деньги на ее покупку было бы действительно очень глупо.

Вообще-то у меня было одно желание, плата за исполнение которого не имела ровным счетом никакого значения. Желание совершенно невозможное — не с моими силами тягаться с великим герцогом, — но если бы кто-то еще десять минут назад спросил меня о существовании привидений, я бы твердо ответил, что их не существует. Так, может быть, несуществующий призрак и впрямь может исполнить мое невозможное желание?

— Итак, чего ты хочешь? — поторопил меня Дракон.

— Я хочу вернуть себе свое прежнее имя или хотя бы получить возможность это сделать! — твердым голосом ответил я на вопрос привидения.

Громкий и, надо признать, на этот раз весьма зловещий хохот Первого императора был мне ответом.

— Вот за это вас и боялись, — отсмеявшись, сказал призрак. — Истинный Сержак. Оборвыш оборвышем, но блюдет обычай, древний и почти забытый даже в мое время. И мечта у него — не золота побольше и еды понежнее, а вырезать весь род обидчиков до последнего ребенка да вернуть старые владения, еще и небось с изрядным куском в придачу. «Не забывать и не прощать» — подозреваю, что у таких консерваторов и девиз, наверное, до сих пор не изменился?