Читаем Тень Луны полностью

— А вот здесь первая загадка. Воздействие было локальным, температура не распространялась в глубину наружной части сферы.

— То есть, как будто кто-то, поставил заслон?

— Да, именно заслон, как в термоядерном реакторе. Теперь о магните. Как я уже сказал, здесь было очень сильное электромагнитное поле, оно выстроило в сфере структуру доменов и направило силовые линии таким причудливым образом, но почему оно такое мощное, мы не знаем. По нашим измерениям некоторые константы, не буду утруждать вас подробностями, возросли в разы, что совершенно невероятно!— его глаза, которые были скрыты за толстыми очками, ненадолго показались, словно выпрыгнули из-за укрытия, и Ромин подумал, что лучше бы им там и оставаться, поскольку в них горел фанатичный блеск.

— Но что здесь хоть примерно произошло?

— И вы до сих пор не догадались?

— Нет,— ответил Евгений Николаевич, как несообразительный ученик на экзамене.

— Нарушение законов физики! Вот, что произошло!— в голосе учёного звенела обида, будто его чудовищно обманули.— Большая температура и наличие мощного электромагнитного поля наводит на мысль о плазме. Сюда как будто поместили плазменное облако, которое удерживало электромагнитное поле, а затем изъяли.

— То есть никаких следов посторонних примесей?— уточнил Евгений Николаевич.

— Вы меня за дурака держите или невнимательно слушаете?— обиделся Сиинов.

«Господи, прости мою душу грешную!»

— Ещё один интересный факт,— внезапно успокоился учёный.— Если здесь были такие большие температуры, то куда делась энергия, а именно энергия хаотического движения частиц. Мне сказали, что спецназ, когда вошёл, не заметил никаких признаков высокой температуры, да и мы тоже. А откуда взялся воздух? По идее он должен весь выгореть.

— М-да, действительно странно. Это может быть связано с работой гипердвигателя?

— Мне не известны детали, но не могу исключить.

— Вы уже взяли образцы… хм… материала для детального изучения?

— Они уже летят в Москву, в нашу лабораторию.

— Есть ещё кто-нибудь?

— Уровнем ниже. Вероятно, подсобное помещение. Те же следы, то же воздействие, только в меньших масштабах. Будете смотреть?

— Там есть что-нибудь интересное?

— Если только вы решите посмотреть на уменьшенную копию.

— Спасибо за интересный рассказ.

Сиинов кивнул головой и достал компьютер, давая понять, что их время истекло.

Ромин и Греченко направились к выходу. Обогнув группу учёных, которые до сих пор стояли у входа в лаборатории и о чём-то спорили, они вышли в коридор и, сделав ещё пару шагов, остановились.

— Ну и как тебе наш учёный? По мне, так он какой-то ненормальный.

— Лучший, что у нас есть,— ответил Греченко и улыбнулся формулировке.— Идём к Корышеву?

— Да, пошли.

Они направились в сторону лестницы, но ещё не дошли до поворота, как Ромин остановился и внимательно посмотрел на приоткрытые двери лифта. Что-то здесь казалось знакомым. Он подошёл и оглядел шахту настолько, насколько ему позволяли обстоятельства. Ромин попробовал раздвинуть двери, но ничего не вышло. Сзади раздались шаги Греченко:

— Что вы ищите, Евгений Николаевич?

— Смотри,— генерал указал на несколько дырочек в двери, которые образовывали правильный треугольник.— Не знакомо?

— Нет.

— Точно такие же следы я видел на двери кабины лифта на первом этаже.

— Ясно,— кивнул Греченко, у него уже возникла гипотеза, и он был готов ею поделиться. Ромин встал, и они направились по прежнему маршруту.

— Есть два варианта,— продолжил генерал.— Первый вариант: некто ехал на лифте уже после битвы за лабораторию, второй — во время боя, тогда же эти пули и пробили дверь.

— Вот мы и проверим работу Корышева,— ответил Аналитик.— Интересно узнать: кто же этот Павел?

— Хороший парень. Он справится, я уверен. И вообще, Толя, уверен, ты уже о нём знаешь больше, чем я,— улыбнулся генерал.

— Такова моя работа,— усмехнулся Греченко.

Они пробирались к лестнице, обходя сотрудников, проводящих измерения размеров отверстий в стене, углы вхождения пуль, для того, чтобы составить компьютерную модель боя. Порою, она давала неожиданные результаты, и сейчас, в отсутствии достоверных показаний, могла стать единственным источником информации. Очень нудная, но необходимая работа.

Уровнем ниже людей в форме было меньше, но они уже не собирали улики, а обсуждали что-то у Центра Связи. Среди них Ромин узнал и Павла Корышева. Он был молод, всего около тридцати пяти, но довольно опытен для своих лет, кроме того, генерал ему доверял, поэтому и поставил его заниматься расследованием этого громкого происшествия. Тот тоже обратил внимание на двоих высокопоставленных сотрудников ОМБ и улыбнулся, поприветствовав:

— Быстро добрались, Евгений Николаевич.

— Да, самолёты нынче вещь необходимая. Это Анатолий Греченко, главный аналитик моего отдела,— представил генерал.

— Очень приятно,— они пожали друг другу руки.

— Ну, о вас он уже всё знает,— улыбнулся Ромин и спросил.— Как продвигаются дела?

— Мы ещё не закончили собирать информацию: времени мало, но в общих чертах уже всё более-менее ясно.

— Ну, общие черты я и с одного взгляда вижу. Детали — вот, что самое важное.