— Винсон и Ранвей взяли у Рэнделла конспект ответов Идриса, написали некоторые цитаты на футболках и раздали их посетителям в память об открытии «Любви и веры».

Молодой человек, стоявший рядом с нами, приподнял футболку, чтобы прочесть цитату. Я тоже прочитал надпись, заглядывая через его плечо.

Услышав эти слова Идриса на горе, я целиком согласился с ними и теперь радовался, что они остались жить в мире, пусть даже на футболке. И приходилось признать: слишком часто я ловил себя на том, что не вполне свободен от жадности и гордости.

Но я больше не был один. Говоря словами Ранвей, я восстановил связь.

— Что ты об этом думаешь? — спросила Карла, наблюдая за тем, как люди обмениваются цитатами из Идриса.

— Учителя, как и писатели, не умирают, пока люди их цитируют.

— Я люблю тебя, Шантарам, — сказала она, прижавшись ко мне.

Я посмотрел на счастливых смеющихся людей, толпившихся в тесном помещении «Любви и веры». Люди, которых мы успели потерять за годы, проведенные в Городе семи островов, тоже могли бы наполнить это пространство.

Слишком много мертвых оживало, когда я вспоминал их. И почти всех их можно было бы спасти, проявив смирение или щедрость. Викрам, Назир, Тарик, Санджай, Вишну. Все эти и прочие имена звучали во мне, и громче всех звучало имя Абдуллы, моего брата Абдуллы.

Прислонившись ко мне, Карла постукивала носком туфли в такт музыке, доносившейся из кофейни.

Я приподнял ее лицо к свету, пока оно само не стало светом, и поцеловал его, и мы были одним целым.

Истина — свобода души. Мы очень молоды в нашей молодой вселенной и часто не оправдываем ожиданий и теряем честь, пусть даже только в темных углах сознания. Мы деремся, вместо того чтобы танцевать. Мы стараемся обогнать других, обманываем друг друга и наказываем ни в чем не повинную природу.

Но это не выражает нашей сущности, это просто то, что мы делаем в мире, который сами для себя создали, и ничто не мешает нам в любую секунду изменить то, что мы делаем, и мир, который создали.

Во всех действительно важных делах мы едины. В любви и вере, доверии и сочувствии, отношениях с близкими и друзьями, закатах и благоговейном пении, в каждом желании, рожденном человечеством, мы едины. Человеческая раса на данном этапе ее судьбы — это ребенок, бездумно и бессмысленно дующий на одуванчик. Но ощущение чуда, испытываемое ребенком, это наше общее ощущение, и нет предела добру, которое мы можем творить, когда человеческие сердца соединяются. Наша истина, наша история и значение слова «Бог» в том, что мы едины. Мы едины. Мы едины.

Заявление

Некоторые персонажи романа живут, вредя самим себе. Правдоподобие требует от автора, чтобы они пили, курили, употребляли наркотики. Я не одобряю пьянство, курение и употребление наркотиков, точно так же как я не одобряю преступность как образ жизни или насилие как средство разрешения конфликтов. Что я одобряю — так это справедливое, честное, позитивное и творческое отношение к самим себе и к другим. Г. Д. Р.