Читаем Тень полностью

Он уставился на эти слова, перечитав последнюю строчку несколько раз. Снова закусив щеку, он заставил себя читать дальше.

«Знаю, мне, наверное, не нужно просить тебя об этом, поскольку в данный момент это излишне, но я буду благодарна, если ты не станешь меня искать, Ревик. По любым причинам.

Наверное, ты согласишься, что мы оба уже достаточно сказали в плане извинений, объяснений и обвинений. Нам правда не нужно проходить через всё это вновь. Я искренне прошу прощения за всю ту боль, что я причинила тебе — не только за последние недели, но и с самой первой нашей встречи.

Я знаю, что несу как минимум частичную ответственность за то, что случилось с тобой в последние два года. И я говорю не только о том, что накачала тебя наркотиками на том самолёте. Я говорю в целом».

Он уставился на эти слова. Где-то в его свете, похоже, в груди, зародилась боль, но он подавил её.

Когда он сделал это, вернулась злость, распалившись жарким импульсом по его свету.

«Тем не менее, я в первую очередь прошу прощения за то, что обманывала тебя, пока жила с тобой и Повстанцами. Мне очень сложно разобраться, что я чувствую теперь в отношении своих мотивов и поступков, а также в плане того, что из случившегося между нами ощущалось более искренним. Теперь я осознаю, что тоже по-своему жила в мире фантазий.

Я знала, что идею о нас с тобой вбил в тебя Менлим. Я знала, что из-за этого у тебя имелось довольно мифическое представление о том, кто мы друг другу. Я знала, что это не реалистично в отношении того, кто я есть на самом деле. Я не злюсь из-за этого, Ревик, правда, не злюсь. Полагаю, я уже какое-то время понимала, что у нас ничего не выйдет, как только этот миф стал меньше значить для тебя.

Я не знаю, понимаешь ли ты (и есть ли тебе вообще до этого дело), почему мне нужно было это сделать, вытащить тебя оттуда. Но я хочу, чтобы ты знал: я никогда не намеревалась навеки лишать тебя свободы воли. Я хотела дать тебе возможность увидеть Дренгов и Салинса в более объективном свете, не нуждаясь в них из-за того, что Менлим сделал с тобой, когда ты был ребёнком.

Что ты выберешь сделать с этой информацией, зависит целиком и полностью от тебя.

Я не собираюсь вновь преследовать тебя или посылать кого-то, чтобы остановить тебя, если ты решишь продолжить дело с Салинсом или кем-то другим. С моей стороны это не сентиментальность и не чувство вины. Дело вот в чём: я знаю, что ты можешь сделать очень много хорошего в этой роли, Ревик. Всё сводилось не столько к тому, «что», сколько к тому, «как». Хотя, может быть, я сама до последнего не совсем понимала это.