Читаем Тень полностью

Уна побежала вниз по скрипучей лестнице и застала в гостиной отца с письмом в руках. Он был одет в уличное, похоже, только пришел из госпиталя, чтобы пообедать вместе с семьей. Руми, бледная, как свежепостиранная простыня, оперлась на стол.

– Что случилось?! – выкрикнула девушка.

– Война… – тихо сказал господин Онри. – Началась война. Набеги участились настолько, что периферия не выдерживает их. Губернатор отправляет помощь из города. Меня срочно призывают в госпиталь на линию нападений.

Девушке показалось, что пол гостиной наклонился, и она машинально начала искать рукой стену.

– Когда?

– Безотлагательно. – Риган чуть тряхнул письмом, видимо, цитируя его.

Реальность билась в нее, словно тяжелая гиря, подвешенная на цепь. Отец будет в опасности. Саками, нападавшие кланы варваров, не щадят никого. Удар! Поэтому он, конечно, не возьмет их с младшим братом с собой, а оставит здесь одних. Удар! Ей придется взять на себя заботу об их маленькой семье, но Уна сама только вошла в пору совершеннолетия. В этом городе их непременно сожрут, стоит им остаться без покровительства мужчины. Еще удар! Отец не может не поехать. Ему просто не дадут иного выбора, но он обязательно обвинит во всем себя…

– Как жаль, что я не смогу поехать с тобой… – произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Я сделала свой выбор. Ты был совершенно прав, Карлай великолепен. Надеюсь, он не будет против, если мы проведем скромную церемонию до твоего отъезда.

– Но… – лицо Ригана Онри, и без того от природы довольно узкое, вытянулось еще сильнее. – Ты уверена? Так быстро… Разве ты не хотела…

– Я хотела, чтобы в этот день самый дорогой для меня мужчина был рядом. И чтобы наши вкусы совпадали. Во втором уже повезло, осталось организовать первое. Я распоряжусь подготовить экипаж и поговорю с Карлаем немедленно…

Она выскользнула из гостиной, понимая, что еще мгновение – и слезы брызнут из ее глаз, обличая истинное положение вещей. С одной стороны, она была в ужасе от собственного решения. С другой – понимала, что в данной ситуации ей стоит благодарить небеса за эту возможность.

Уже у двери в комнату ее догнала Руми. В полных любви глазах тоже стояли слезы.

– Вы же обманули отца, милейшая! – зашептал она. – Или вы…

– Нет, я действительно собираюсь это сделать. Пойми, папеньку и так ждет ад. Еще не хватало, чтобы вдобавок к этому он сходил с ума от беспокойства за нас с Моррисом и проклинал себя за то, что его работа сломала мне жизнь. Он будет счастлив благословить наш союз. Я знаю, что более всего отец хотел, чтобы выбор пал на Карлая. Он позаботится о нас. Теперь главное, чтобы Карлай пошел мне навстречу.

– Но как же его тень?

– Ничего не поделать. В жизни не всегда происходит все так, как я хочу. И не всегда так, как я понимаю. Стало быть, в моих интересах постараться принять происходящее таким, какое оно есть.

Уна толкнула створки узкого окна, и те с шумом распахнулись. В комнату ворвались гул и свежесть улицы. Девушка надломила растущую в горшке розу и рванула на себя. Цветок, будто защищаясь от грубости, вонзил шипы в тонкие пальцы. Алая капля проворно сбежала вниз и чуть испачкала кружевной манжет рубашки.

– Плохой знак, – охнула гувернантка.

Ничего ей не ответив, Уна устроила цветок в чернильных завитках своих волос и направилась к двери.

Карлай второй час беседовал с кем-то в кабинете. Девушка наотрез отказалась от предложения секретаря предупредить о ее визите и теперь проводила время в мучительном диалоге с собственными чувствами. Они тянули ее в разные стороны и рвали на куски. Несколько раз Уна готова была бежать – неважно, куда, неважно, что ждет ее завтра… В очередной такой момент она даже встала, но тут внешняя дверь приемной распахнулась.

Девушка вздрогнула. Почему-то она совершенно не была готова к встрече с Лесэном. Особенно наедине. Стушевавшись, Уна сделала кривенький реверанс, опустилась обратно на сиденье и начала мысленно отчитывать себя за то, что не сбежала раньше.

Юноша же выглядел деловым и крайне уверенным в себе. Он нес подмышкой свернутые в рулон бумаги и теперь ловко перехватил их кончиком хвоста, отчего поклон вышел достойным циркового артиста. Зрительница невольно улыбнулась, а поймав улыбку в ответ, немного расслабилась.

– Карлай не знает, что вы здесь? Уверен, он бросил бы все, будь у него в кабинете хоть губернатор.

– Вы так считаете? – удивилась она.

– Знаю наверняка.

Лесэн устроил свою ношу на столике у дивана Уны и присел на мягкий подлокотник.

– Вы с ним близкие друзья? – девушка заглянула в лицо собеседнику.

Сейчас, в дневном свете, стали видны чернильные веснушки, разбросанные по щекам и носу рисы. Заправленные за уши волосы частично выбились и добавляли виду простоты. Уне вдруг показалось, что черты лица тени даже более человеческие, чем у Карлая. И это позволило ей впервые заметить красоту Лесэна. Совсем юношескую. Но это впечатление быстро растаяло.

– Мы одно целое. Вы вряд ли сможете это понять, госпожа Онри. У вас на лице написано, что все мы слишком разные…