Читаем Темный огонь полностью

– Я приехала не за деньгами! Но, впрочем, нам пришлось содержать ее в течение четырех лет, и, если вы сочтете возможным хотя бы отчасти возместить наши расходы, я ничего не буду иметь против. Но мне не справиться с Джейн, – воскликнула Матильда с явным осуждением в голосе. – И если вы ее не примете, я просто выброшу ее на улицу.

После этих слов в гостиной воцарилась тишина. Две пары глаз уставились на Джейн. Девушку больно задели слова Матильды, и в ней лишь укрепилось желание сбежать от обоих опекунов, которые так стремились отделаться от нее.

– Вот и отлично, – храбро заявила она, пытаясь улыбнуться. – Я поеду в Лондон. У меня там есть друзья.

– Ха! Друзья! – сказала, как выплюнула, Матильда. – Вся эта театральная шушера, среди которой болталась твоя мать!

Граф не слушал Матильду. Он внимательно смотрел на Джейн. У нее был голос ангела. Графу с каждым мгновением все меньше и меньше нравилось происходящее. Он вовсе не ожидал увидеть такое – невинную красавицу с огромными голубыми глазами. И еще – она была совершенным ребенком. Отправить ее в Лондон значило обречь девушку на проституцию. В лучшем случае она устроится работать на фабрику, если ей повезет. Граф выругался вслух:

– Чертова Патриция!

Матильда задохнулась. Большие глаза Джейн стали еще больше, совсем как блюдечки. Граф посмотрел на Матильду. Его совсем не беспокоило, что подумают о нем эти две особы – его давно уже не интересовало, что о нем вообще думают люди. После судебного разбирательства он плевать хотел на сплетни.

– Вы уверены, что нет каких-нибудь других Вестонов?

Но, говоря это, граф прекрасно знал, что после смерти его жены род Вестонов пресекся и девушку отправить совершенно не к кому.

– А нет у нее родственников со стороны матери?

– Никого, кроме меня, – твердо заявила Матильда. И, окончательно разозлившись, принялась рассказывать графу о последней выходке Джейн. Выражение лица графа ничуть не изменилось, он просто еще раз посмотрел на девушку. – Абигайль Смит чуть не умерла от разрыва сердца! – победоносным тоном закончила рассказ Матильда. – Разве я могу справиться с такой хулиганкой? Я старая женщина!

Но графу поступок Джейн совсем не показался таким уж ужасным: наоборот, несмотря на то, что он был чрезвычайно зол, рассказ Матильды на мгновение развеселил его. Однако заговорил он довольно мрачным тоном:

– Я не могу взять на себя такую ответственность. Я ничего не знаю о воспитании девочек.

– Но у вас есть сын! – напомнила Матильда, ехидно улыбаясь и предчувствуя близкую победу. – А у него есть гувернантка. Джейн будет отлично себя чувствовать в их компании. И еще, милорд, вы с вашим положением можете найти ей мужа, и очень быстро, если пожелаете. А тогда Джейн будет окончательно устроена к всеобщему удовлетворению.

Ник снова уставился на Джейн. Ей было семнадцать, она была прекрасна, в ней текла кровь Вестонов. Правда, больше Ник ничего не знал о ней… ну, внучка старого герцога, и все. Но и этого простого факта было достаточно. Он с легкостью подыщет ей мужа. И его жизнь вернется в обычное русло.

– Хорошо, – сказал он. – Она может остаться. И я немедленно найду ей мужа.

– Я не хочу выходить замуж! – воскликнула Джейн.

Две головы повернулись к ней. Матильда пришла в бешенство, граф был чрезвычайно удивлен.

– Никого не интересует, чего ты хочешь! – зашипела Матильда. – Помолчи!

Джейн открыла было рот, чтобы возразить, но наткнулась на внимательный взгляд серых глаз графа. И не произнесла ни слова. Она в одно мгновение поняла, что ее желания ровным счетом ничего не значат для графа. Он сделает то, что сочтет нужным… и с ней, и с другими людьми.

Матильда уехала.

Внезапно Джейн охватила острая тоска; девушка почувствовала себя одинокой и покинутой. Она, правда, сумела ослепительно улыбнуться слугам, внесшим в дом ее багаж, но вот они ушли, и тяжелая дверь красного дерева плотно закрылась за ними. И мгновенно воцарилась тяжелая тишина.

Джейн ощущала эту давящую тишину как боль, как горе, как одиночество и тоску по дому. В ее горле застрял тяжелый ком; нервно сглотнув, Джейн прошла мимо кровати под пышным шелковым балдахином к окну. И посмотрела наружу.

Вокруг дома расстилались безупречно ухоженные лужайки. Сверкала подъездная дорога, вьющаяся по землям Драгмора; шел дождь, и солнечные лучи отражались в каплях упавшей на землю влаги. В отдалении высились холмы, на зеленых склонах которых паслись коровы и овцы. Волновались под легким ветерком пшеничные поля, раскинувшиеся до самого горизонта. В небе густели и темнели облака. Джейн разглядела вдали шпиль – наверное, это была церковь в Лессинге. Джейн гадала, где пролегает граница Драгмора.

Нет, она не собирается выходить замуж.

Она хочет стать знаменитой актрисой, как ее мать.

Джейн отвернулась от окна и тут же заметила, что на ее руках, касавшихся подоконника, осталась густая черная пыль. Девушка нахмурилась. У графа была целая армия слуг, она сама это видела – так чем же они занимаются? Конечно, ее это совершенно не касалось, к тому же они с Матильдой приехали так внезапно, почти без предупреждения.