Читаем Темный демон полностью

— Прости, Викирнофф. Я сильно потрясена. Спасибо за все, что ты сделал для меня. Может и не похоже, но я действительно благодарна.

— Éntölam kuulua, avio päläfertiilam, — шепча, он прижался к ее лбу, затем намеренно с усмешкой добавил: — Удачи, kišlány.

— Я знаю, что ты меня не просто маленькой девочкой назвал. — В горле у нее стоял ком, но она заставила себя посмотреть ему в глаза и изобразить оскорбление. Если бы пришлось, она бы сумела заставить себя смотреть, как он уходит, ни разу не обернувшись. Никакая она не маленькая девочка. Она — взрослая женщина с собственным разумом, сердцем и волей. — Вперед, смейся надо мной. Посмотрим, как ты запоешь, когда я найду заклятие, которое нас разъединит.

— Создай самые сильные защитные заклинания, Наталья. Несмотря ни на что, я вернусь. Я хочу, чтобы ты помнила это. Я вернусь к тебе.

Он выпрямился, и она уловила, как он чуть вздрогнул. На его рубашке выступила свежая кровь. Устыдившись, что она задерживает его, Наталья махнула рукой, прогоняя мужчину.

— Уходи. Я собираюсь проспать как минимум два дня. Тебе как раз будет достаточно времени, Супермен. — Звучало это маловероятно, но небольшие порезы на ее собственном теле могли залечиться почти мгновенно, а Викирнофф был истинным Карпатцем.

Викирнофф распахнул балконную дверь. Утреннее солнце быстро поднималось. Его, а потом и комнату озарило светом.

— Не забудь про защитные заклятия, Наталья.

— Не забуду.

Он сделал шаг на палящее солнце, поколебался и повернул назад. Ему было ненавистно бросать её. Это причиняло боль. Пробирающая до костей, выворачивающая нутро боль, которая не прекращалась, не смотря на то, что он знал — он сможет найти способ обезопасить ее. Не только ей предстояло иметь дело с разлукой. Он провел в одиночестве слишком много столетий, и даже мысль о том, чтобы быть вдалеке от нее, о невозможности защитить или сжать в объятиях, когда она так расстроена, травила его намного больше, чем он хотел себе признаться. Девушка заползла ему под кожу и обвила сердце, несмотря на то, что была самоуверенной, дерзкой и понятии не имела об уважении.

Он все еще не знал, нравилась ли она ему. Она действовала не как женщина его мечты, да и, если уж на то пошло, вообще не как женщина. Когда он думал о женщинах, они представлялись ему нежными, спокойными и милыми. Викирнофф снова повернулся к ней. Наталья выглядела маленькой и уязвимой, ничем не напоминая ту тигрицу на поле боя. Ее колени были подтянуты к груди, и она оперлась на них подбородком, крепко руками обхватив ноги, и казалась донельзя одинокой. У него защемило сердце. Выругавшись, он вернулся, плотно закрывая за собой дверь.

— Нам понадобятся плотные занавеси.

— Что ты делаешь? — она пристально смотрела на его лицо. Она могла делать это вечно. Некоторым линиям там было не место, но получилось волевое лицо, по-мужски красивое, вылепленное из ровных, решительных линий. После его слов ее сердце стало выделывать сумасшедшие кульбиты.

— Остаюсь. Я остаюсь.

Наталья сделала глубокий вдох, выдохнула и, подойдя к нему, взяла его за руку.

— Нет, не остаешься. Достаточно того, что ты этого хочешь ради меня.

— Не ради тебя Наталья, — сказал он. — Ради себя.

— Где ты устроишься? Скажи мне где. Покажи мне где, и я не буду волноваться.

Обхватив ладонью ее затылок, он притянул девушку для долгого, жгучего поцелуя. Ее рот, такой же жадный, опалял, тело прижималось все сильнее, повторяя все изгибы Викирноффа, так что он скользнул руками вниз по спине до самого низа и приподнял, вжимаясь возбужденной эрекцией в ее пульсирующую сердцевину. Он чувствовал отчаяние, не желал её отпускать. Из-за эмоций ожившего в памяти прошлого и новизны чувств этого мгновения, они были слишком чувствительными. Он не просто хотел погрузиться глубоко-глубоко в нее и там и остаться, он хотел держать ее вечно.

Просто оставаться, слившись воедино. Вдыхать ее, ощущать ее кожу и все ее тело. Это страстное, сильное желание потрясло его до глубины души.

Она любила его рот, вкус, запах, все в нем, особенно то, как он целовал, словно мог поглотить её, и все равно этого было бы мало. Она могла бы целовать его вечно, но солнце поднималось, и он это чувствовал. Еще чуть-чуть и было бы слишком поздно — у них не осталось бы выбора. Возможно, именно на это он и рассчитывал, но Наталья не была готова позволить ему пожертвовать своей силой и энергией. Она вырвалась из его объятий.

— Уходи. Покажи мне место своего будущего отдыха и уходи. Так будет лучше для нас обоих, и ты знаешь это. Я удвою свои охранные меры и буду ждать тебя.

Она знала, что его надо было успокоить, поэтому посмотрела ему в глаза и открыла свой разум, чтобы он видел, что она искренна.

Он показал пещеру с богатой минеральной почвой, что помнил из своего детства. Это было любимое место, хотя довольно отдаленное. Благодаря их слитым воедино разумам, передать координаты было достаточно легко. Он обхватил ладонями ее лицо, а лбом прижался к макушке.

— Не позволяй ничему с тобой случиться.