Читаем Темные завесы полностью

И тут вдруг крошечная птичка резко напряглась, перышки у нее встали дыбом, словно шерсть у загнанной в угол кошки. Воробей вроде как смотрел мимо Кэтрин куда-то в глубь комнаты, глядя на то, что ему явно не понравилось, и через секунду взмыл с подоконника. Кэтрин отпрянула назад, когда он, побарабанив крылышками по стеклу, упорхнул в ночь. Она обернулась посмотреть, что же так напугало это крошечное существо. Одна из раздвижных дверей между гостиной и фойе сама собой выползала из своего проема в торце стены – медленно, почти незаметно, но определенно скользила вбок, словно кто-то толкал ее изнутри.

– Эй? Есть тут кто-нибудь? – крикнула Кэтрин, не в силах придумать, что бы еще сказать, но ответа не последовало. Подойдя к двери, она попыталась задвинуть ее по направляющим обратно в стену. Дверь не поддавалась. При этом продолжала упорно вылезать наружу. Кэтрин наваливалась на нее все сильней и сильней, но проклятая штуковина не сдавалась. Словно боролась с ней и побеждала, пока вдруг не вырвалась у нее из пальцев и с грохотом не заехала обратно в свой узкий вертикальный проем. Неужели она настолько сильно толкнула ее?

– Блин, – пробормотала Кэтрин, облизывая сдавленные кончики пальцев, после чего довольно долго разглядывала стену, в которой теперь спряталась дверь. Затем вышла в фойе, чтобы глянуть на нее с другой стороны, не обнаружив абсолютно ничего примечательного. «Просто еще одна дверь, которая не хочет оставаться закрытой, верно?»

Дыхание у Кэтрин наконец умерилось до нормального ритма, и она почувствовала, как волна спокойствия вновь прокатывается по позвоночнику. Но вместе с ней навалилась и усталость, от которой чуть не подкосились ноги. День выдался утомительный. Опьяняющее возбуждение от ее нового приключения, соперничающее со стрессом от надменного пренебрежения матери и интеллектуальных воспарений доктора Фрэнкл, отобрало все силы. Выключив свет, она направилась к лестнице.

Сбрасывая на ходу одежду, Кэтрин прошла через спальню в ванную и принялась плескать холодной водой себе на лицо и затылок. Прежде чем выключить свет, ей хотелось закончить главу книги, которую она читала, не заснув на середине абзаца. Подхватила было флакон с пролаксисом, прописанным доктором Фрэнкл, но остановилась, прежде чем открыть его. Завтра – ее первый день на новой работе. Потребуются ясная голова, острота ума и способность сосредоточиться. Нужно включиться. Кэтрин терпеть не могла то липкое чувство, которое испытывала по утрам от подобных препаратов. Кроме того, сейчас она прекрасно обходится без них. Хозяйка своей собственной судьбы. Всё под контролем. Восьмичасовое воздержание от лекарств явно не повредит. Флакон вернулся на свое место.

Кэтрин уже чистила зубы, когда ей показалось, будто она услышала смех. И музыку. Сначала не была в этом уверена, но когда отложила электрическую зубную щетку и с полным ртом зубной пасты затаила дыхание, то убедилась в этом наверняка. Вечеринка… Люди смеются, и кто-то поет. Голос был вроде знакомый.

Выплюнув пасту, Кэтрин прополоскала рот и вернулась в спальню. Пузырек с таблетками задрожал на краю раковины, после чего упал на пол и закатился за унитаз. Почти как если бы его кто-то толкнул.

Источник шума было трудно определить. Из ванной казалось, что он доносится откуда-то снизу. Но когда Кэтрин подошла к двери, чтобы прислушаться, ей вдруг почудилось, будто звучит он где-то у нее за спиной. Может, в соседнем доме… В конце концов, эти старые таунхаусы вплотную примыкают друг к другу общими стенами. Когда она вернулась в комнату, музыка действительно стала громче, и чем ближе Кэтрин подходила к стене, тем отчетливей ее слышала. Она приложила ухо к штукатурке. Да. Это там. В соседнем доме. Мелодию она узнала не сразу, но потом до нее дошло. «Осенние листья».

– Эй… Эй! – крикнула Кэтрин, постучав в стену. – Нельзя ли потише? Алло? Пожалуйста… уже довольно поздно.

Она стукнула в стену чуть сильнее.

И музыка внезапно оборвалась.

– Спасибо, – сказала Кэтрин самой себе, опускаясь на ветхую кровать с продавленным матрасом. Взяла в руки экземпляр «Королевского дуба», который недавно решила перечитать, намереваясь возобновить свою давнюю любовную интрижку с Энн Риверс Сиддонс[11]. Может, и не лучший выбор, учитывая психологически пестрые, зачастую небрежно очерченные персонажи Сиддонс, но Кэтрин всегда находила в ее рассказах нечто очистительное.

И тут музыка заиграла снова. Словно дерзкий шлепок по лицу.

– Эй! – закричала Кэтрин, опять колотя по стене. – Эй! Сделайте музыку потише! Пожалуйста!

Пение продолжало упорно просачиваться из-за стены. «Почему мне знаком этот голос?»

– Пожалуйста, мне завтра рано вставать! – Теперь стуча сильнее: – Завтра у меня первый рабочий день! Проявите понимание! Пожалуйста!