Читаем Темные завесы полностью

– О, спасибо, это было очень внимательно с вашей стороны, я отнесла их домой, – заикаясь пробормотала Кэтрин, опуская взгляд на корзину для мусора и надеясь, что из нее не выглядывают предательские лепестки, способные выдать ее ложь.

– Я рад. Не хотел, чтобы это показалось чем-то неподобающим. В наши дни сразу и не поймешь… – Он явно закидывал удочку.

Кэтрин выдавила загадочную улыбку, ни подтверждая, ни опровергая сказанное. Пускай гадает.

– Джек рассказал мне про мебель, – продолжал Уоррен.

– Весьма щедрый поступок. Я даже не знала, что и сказать.

– Вы сказали «да». Как и следовало ожидать. Когда-то все это было частью прекрасного дома. – Глаза у него вдруг словно расфокусировались. Прямо как в тот вечер, когда она познакомилась с ним в британском посольстве. – Замечательные были времена. Все было свежим и… – он помолчал, подбирая нужное слово, – незапятнанным.

Уоррен слегка покачал головой, словно горюя по безвозвратно утраченной юношеской любви.

– Бывают моменты, когда тебе хочется, чтобы они длились вечно.

«Пожалуйста, уйди отсюда, – подумала она. – Пожалуйста, просто уйди».

Словно услышав ее, Райт выпрямился.

– Я рад, что вы в нашей команде. Ваш «ангел-хранитель» просто не находит слов касательно ваших умений.

– Она преувеличивает.

– Жду не дождусь возможности выяснить это лично.

Его улыбка стала рассеянной, и Кэтрин не смогла понять, что это значит.

– Может, пригласите меня посмотреть, как все это выглядит?

Желудок у Кэтрин сжался. Это странное запретное возбуждение вдруг опять вскипело в груди. Она хотела отвести взгляд, но не хотела отдавать ему победу.

– Она любила гардении, – произнес Уоррен так тихо, что Кэтрин не была уверена, правильно ли его расслышала.

Но тут он наконец ушел.

И она вновь обрела способность дышать.

Реакция Кэтрин на визит Уоррена Райта в ее офис, «явно рассчитанный на то, чтобы выбить ее из колеи», оказалась такой, что весь остаток рабочего дня она никак не могла сосредоточиться. «Да что в нем такого, отчего я в настолько растрепанных чувствах?»

Со спонтанного междусобойчика, устроенного после работы командой «Райт Фарма», она сбежала уже через несколько минут. В любом случае это было не более чем мотивационное собрание для молодых юристов, решивших отпраздновать получение столь престижного задания выставленным партнерами из «БКЛ» вином и пивом, и Кэтрин поняла, что просто не вынесет атмосферу конкуренции, рядящейся под товарищество. Ей хотелось уединения. Поэтому она уехала на подаренном Джеком «Мерседесе», решив прокатиться по парку Рок-Крик, чтобы слегка прочистить мозги.

Мозги и вправду прочистились – причем дочиста, оставив на месте обширного промежутка времени лишь зияющий пробел. Где-то через час – а может, и больше – Кэтрин вдруг обнаружила, что сидит в машине перед своим таунхаусом – мотор еще работал, – напрочь не помня, как попала сюда.

В боковом зеркале заднего вида она мельком углядела припаркованный дальше по улице темный седан со смутным силуэтом за рулем, курящим сигарету. «Пялится на нее?» Кэтрин развернулась на сиденье, чтобы получше разглядеть его. Мужчины в машине уже не было, но водительская дверца была открыта.

И тут вдруг последовал громкий тупой стук, «Мерседес» резко покачнулся на своих колесах. Она развернулась обратно как раз вовремя, чтобы увидеть мужчину, прижавшегося к пассажирскому стеклу и с закатившимися глазами без сознания сползающего на тротуар. На долю секунды Кэтрин показалось, что она узнала его. Выскочила из машины, чтобы помочь, но поняла, что атмосферу пропитал легкий туман. Двигалась Кэтрин какими-то дергаными рывками, очень медленно, как во сне. Она закрыла глаза и прижала ладони к вискам. «О боже, не дай мне опять сойти с ума!» Когда она наконец подняла взгляд, надеясь, что сцена изменилась, вернувшись к реальности, из окна гостиной ее таунхауса донесся детский плач. Какой-то младенец, мальчик, звал ее. И в эту долю секунды кто-то схватил ее сзади за волосы и запрокинул голову назад. Перед лицом у нее мелькнуло блестящее стальное лезвие.

– С вами всё в порядке, милочка?

Рука на плече у Кэтрин обожгла как электрошокер. Это была мисс Дюпре, вышедшая на вечернюю прогулку с Мэгги, экономкой.

– Мы увидели, как вы стоите тут, раскачиваясь взад и вперед, – произнесла старуха с характерной для глухих преувеличенной артикуляцией, одновременно делая руками какие-то знаки. – И побоялись, что вам стало плохо.

– О нет, – ответила Кэтрин, выдавив самоуничижительный смешок. «У меня просто была галлюцинация, будто мне перерезали горло». – Я просто подумала про тот вечер, когда она погибла. Ребека. Никто до сих пор не понимает, как это могло произойти. Тайна за семью печатями…

– Некоторые вещи не предназначены для понимания, – язвительно заметила Мэгги. – Вот почему они называются тайнами.

Мисс Дюпре подступила к Кэтрин чуть ближе; голос у нее стал более доверительным, а жестикуляция – более сдержанной.

– То, что вы слышите голоса, милочка, вовсе не значит, что вы сошли с ума. Я вот их постоянно слышу. Я глухая, но не сумасшедшая.