Читаем Темные Небеса полностью

— А что, по-твоему, я должна была делать каждый раз при встрече? Бросаться в твои объятия, надеясь, что ты не станешь колоть меня вилами? У меня не было ни одной причины, чтобы не бежать от тебя.

На это у него не было ответа. Он не ее пара. Она отлично дала ему это понять, продолжая легко и непринужденно жить своей жизнью.

Без меня. Словно для нее он никогда не существовал.

Возможно, именно это и бесило его больше всего… то, как легко она его забыла, в то время как он, просыпаясь, думал лишь о ней.

Ланте, как ни странно, начинала ощущать зарождающееся чувство вины.

Увиденное в его воспоминаниях, заставило её смягчиться по отношению к нему. Теперь же, когда она оправдала его во всем, в чем когда-то обвиняла, ей стало сложно придерживаться наихудшего из ненавистного ей.

Фактически, она почти видела, как они с Троносом приходят к взаимопониманию, за исключением четырех вещей.

Теперь он ненавидел ее за свои увечья. За потерю «лет и детей». Он рассматривал ее как военный трофей. И у него патологический уровень ревности и недоверия.

Она никогда не сможет убедить Троноса, что его родной брат пытался убить ее, когда она была совсем девчонкой. Никогда не сможет убедить его, что она больше, чем девушка легкого поведения, и что ей отвратительны его комментарии шлюха-стыдно.

Факт того, что она стала лучше понимать причину его ревности и гнева, не означает, что она сможет принять его отвращение.

Так почему она чувствовала всевозрастающее влечение к Троносу? Прямо сейчас, он с решительным выражением лица, укрывает её своими крыльями, а на его, покрытой шрамами, коже блестят капельки пота.

Шрамы придавали его внешности вид закаленного в боях воина, очень опасного, каким он и стал. И Ланте находила это весьма сексуальным.

И рассматривая эти отметки, она обратила внимание на некоторые особенности тела Троноса, которые не замечала прежде.

Какой гладкой была его, уцелевшая от шрамов, загорелая кожа. Как чувствительна его плоть к ее прикосновениям. Как его мышцы бугрятся под ее пальцами.

Штаны сидели низко на его бедрах, и Ланте поняла, что у него отсутствовала линия загара. Она слышала, что Врекенеры осуждали наготу во всех её проявлениях. Но, все же, переходя к бессмертию, он, должно быть, валялся голышом на солнышке.

Как интригующе.

Он говорил, что она снилась ему каждую ночь. Он думал о ней, когда солнце ласкало его сильное тело? Когда она представила Троноса, прикасающегося к себе и фантазирующего о ней, ее дыхание участилось.

Когда она поудобнее устроилась у него на коленях, он проскрежетал:

— Меланте, нам надо как можно скорее найти портал. — Казалось, что он изо всех сил старался не уставиться на ее влажную ложбинку… и проигрывал.

Мельком глянув вниз, она увидела, что он затвердел. Если она еще чуть-чуть приблизится к нему, то ощутит бедром его эрекцию.

— Я только за.

Единственное, чего она боялась больше, чем драконов и армии демонов, это забеременеть от Врекенера. Тронос умен и неожиданно сексуален. Если ему удавалось сдерживаться от оскорблений.

Она не может дать ему несколько дней, чтобы он выяснил ее слабые места.

Она попыталась сконцентрироваться, чтобы ощутить портал среди всего этого хаоса в горах. Голод и жажда не позволяли ей в достаточной мере сосредоточиться. К тому же её сводил с ума зов золота. Она провела ладонью по щекам, но золотой пыли там не было. Могла ли она все еще ощущать тот храм?

— Есть что-нибудь?

Она действительно ощущала крошечную вибрацию силы портала, словно эхо.

— Возможно. Я не уверена.

— Старайся… лучше.

Она пристально посмотрела на него.

— Отвяжись, — отрезала она, и сразу же пожалела об этом. Почему она так враждебна к нему? Она не из тех женщин, что всегда остаются хладнокровными, но и не из тех, кто ходит кругами, провоцируя мужской гнев; не с ее историей взаимоотношения с противоположным полом.

Так что если Тронос продолжит вести себя как придурок? Не похоже на то, что она собирается удерживать его; им нет нужды обсуждать свои проблемы и искать пути к великому взаимопониманию. Ей всего лишь нужно отвлечь его, чтобы спокойно вернуться в Роткалину. И если бы она отвлекла его достаточно сильно, он взял бы ее прямо там!

Продолжаем очаровывать. Она наклонилась к нему, медленно придвигаясь к его эрекции.

— Расскажи мне секрет.

— Что?

— Каждый раз, когда ты укрывал меня, как сейчас, крыльями, я узнавала один из твоих секретов.

— Я не понимаю, почему ты каждый раз ведешь себя по-разному? — спросил он охрипшим голосом.

Испытываешь дискомфорт, Тронос?

— У тебя мало опыта общения с женщинами, не так ли? — Он не знает, как вести себя с ней… выполнение ее плана все больше упрощалось.

Это было даже не честно. Что в принципе не плохо, потому что Чародеи заботились о честной игре, только когда им это было выгодно. В противном случае, они пренебрегали правилами.

— Женщины никогда не были на передовой сражений, а я провел там большую часть своего времени, так что нет.