Читаем Темные Небеса полностью

Как только завершится регенерация, он нанесет удар. Сейчас он держал рот на замке и слушал, пытаясь собрать информацию… например, почему Меланте заколдовала Оморта. Вероятно, чтобы захватить его силу. Иногда, как например, в случае Оморта, паранойя Чародеев вполне оправдана.

— Если ты не можешь доверять мне, — сказала Меланте Порции, — то, что ты предлагаешь?

Эмберин Чародейка Огня усмехнулась.

— Мы так долго были лишены цвета… давайте сделаем что-то яркое.

Что это значит?

— Скорее покончим с этим, дамы, — сказал Феликс. Когда мимолетный солнечный луч отразился от его золотых доспехов, взгляд каждой Чародейки и Меланте в том числе, словно магнитом притянуло к нему.

Большинство Врекенеров считали, что одержимость Чародеев золотом — маскировка их безудержной жадности, словно Чародеек волновало, что могут подумать о них другие существа. Но Тронос знал, что они по-настоящему почитают металлы, особенно золото. Этот элемент был для них талисманом. Уже в девятилетнем возрасте Меланте была одержима им. Как и ее мать.

— Спешишь позабавиться, Феликс? — спросила Порция.

— Стремлюсь возобновить свое внимание к Королеве Убеждения.

Если это случится, то наступит настоящий ад. Удивительно, но выражение лица Меланте в точности отражало мысли Троноса.

Эмберин картинно нахмурилась.

— Боюсь, наша подруга Ланте уже без ума… от демонического ангела.

Без ума?

Потемневшие глаза Меланте расширились:

— Он со своими воинами охотился на нас, раз за разом убивая Сабину, вынуждая меня прожигать мое убеждение, чтобы спасти ей жизнь.

Она продолжает повторять свои обвинения? Даже после того, как он рассказал ей о клятвах воинов?

Эмберин шикнула на Троноса.

— Непослушным воинам не следовало раскалывать череп Сабины на глазах юной Ланте.

Меланте повернулась к нему, ее лицо пылало от ярости.

— Все же этот мне не верит мне!

Этот начинает верить. По крайней мере, о нападениях уже произошедших. Может быть, какая-то отколовшаяся группа преследовала сестер.

— Возможно ли, что наш прекрасный принц не знает, что его родственнички творят с нашими сородичами в состоянии алкогольного опьянения или расстройства? — задумчиво спросила Порция.

«Врекенеры никогда не пьют», — тут же машинально подумал Тронос, понимая, что это не правда. Единственный раз в своей жизни он напился, когда его брат тайно принес с собой золотую фляжку, похищенную у побежденного чародея.

Было немного вещей, которые Аристо любил сильнее, чем сражения с Чародеями. Как и их отец. Это было постоянным предметом споров между братьями.

Порция снова повернулась к Меланте.

— Такое печально-враждебное прошлое между тобой и Врекенером. Твоя сестра обезглавила его отца, а ты искалечила его самого, не смотря на то, что ты его пара. — С каким же безразличием эта чародейка говорила о трагедиях! — После этого Врекенеры стали на тебя охотиться. Что и привело нас в замешательство от твоих реакций за последнюю неделю.

Меланте подняла голову, она казалась смущенной. Вместо того чтобы требовать от Порции объяснения того, что она имеет в виду, Чародейка отрезала:

— Закроем эту тему…

— Хочешь узнать, Феликс? — жеманно спросила Эмберин. — Постоянно, от одного лишь упоминания Врекенера, Ланте краснела, а ее глаза приобретали металлический оттенок.

Тронос затих. Может ли это быть правдой?

— Эти эмоции были ненавистью, — выплюнула Меланте, но у Троноса сложилось впечатление, что эти чувства гораздо сложнее.

Он не заблуждался относительно своих собственных. Как вода, что камень точит, ее действия навсегда преобразили его. Он всегда будет презирать ее.

— Тогда ты не станешь возражать, если мы сдерем с него шкуру? Сокрушим его тяжестью горы? — спросила Порция.

Меланте недоверчиво фыркнула.

— Да-ради-бога. И обязательно отметьте для меня место его погребения.

Или, возможно, её ненависть была столь же глубокой, как и его.

Эмбер, погладив тыльной частью металлических когтей обнаженное бедро Порции, заговорила с Меланте:

— Ты изранила его прежде, чем он смог бы восстановиться. Он нашел тебя, когда был совсем мальчишкой?

Ему не было еще и двенадцати.

— Общеизвестно, что Врекенер никогда не изменяет своей паре. — Засмеявшись, Эмберин продолжила: — Скажи, Ланте, действительно ли могучий военачальник — девственник? Наш ангел столь же чист, как свежевыпавший снег? Или в нем рано проснулся демон?

Тронос стиснул зубы. Я-не-демон.

Меланте не ответила. По крайней мере, она отказалась присоединиться к их насмешкам.

Пристальный взгляд Эмберин блуждал по Троносу, ее лицо светилось желанием.

— Я должна инициировать его!

Тронос не мог больше молчать.

— Попробуй, шлюха. Освободи меня, и попробуй.

Чародейки захихикали.

— Ох, Порция, я уверена, что смогла бы заставить его сбиться с пути!

Желаю удачи. Думаете, я не пытался? Он посмотрел на Меланте. Как она относится к тому, что он мог бы быть с другой?

Ее лицо оставалось безучастным, но глаза мерцали.