Читаем Темное наследство полностью

«Микаэль Хоффман подозревается в организации ограбления. Он покинул страну и сейчас разыскивается Интерполом. Микаэль Хоффман – сын Карла Хоффмана и сводный брат Марии Хоффман».

Надеюсь, он уже далеко, подумала я.

Появились новые сообщения, теперь уже касавшихся Натали. От внимания СМИ не укрылось её странное поведение во время телешоу, и, покопавшись в её прошлом, журналисты сумели установить её тесное родство с подозреваемой по делу об ограблении Марией Хоффман. Заново был опубликован тот снимок перед премьерным показом фильма, который я уже находила раньше. Возле дома Натали столпились многочисленные репортёры и фотографы, ожидая, когда она появится. Я просмотрела сменяющие друг друга ролики и на одном из них увидела Янэ, которая держалась изо всех сил, пытаясь унять журналистов.

– Натали не подозревается ни в каких преступлениях. Вы можете это понять? И вам незачем дежурить перед её домом. Она уже давно покинула страну.

Но репортёры продолжали наседать:

– Есть шансы, что она вернётся обратно в программу «Танцы со звёздами»?

– Советую обсудить это с организаторами шоу. Повторяю ещё раз: оставьте Натали в покое.

Янэ старалась сохранять спокойствие, несмотря на многочисленные вспышки фотокамер, бивших ей в лицо. Я в восхищении смотрела на свою мужественную сотрудницу, которой в одиночку приходилось выдерживать натиск прессы.

– Ты справишься, Янэ, – прошептала я, глядя на экран. – В нашей профессии такое случается. Ты научишься преодолевать трудности и сделаешь наше агентство одним из лучших. Считай, что это моя школа.

Я заказала обед в номер и в ожидании наслаждалась видом из окна. Передо мной лежал Стокгольм. Красивый, растревоженный новостями город. Должно пройти какое-то время, прежде чем мы с тобой сможем сюда вернуться.

И неважно, когда это произойдет, всё равно уже ничего не будет как прежде.

Я взяла телефон и набрала номер:

– Здравствуйте, это Каролина Экестедт. Я собираюсь отправить вам имейл, который, надеюсь, заинтересует руководство журнала «Медиекс».

– Я слушаю, – произнёс голос на другом конце.

– Это касается проекта Холи и Робина Улофссона, – сказала я.

– Его проект не принёс ему больших успехов. Мы в «Медиексе» навели о нём справки и не думаем, что он представляет для нас интерес, – ответил голос.

– Но, мне кажется, вам понравится то, что вы сейчас услышите, – продолжала я. – Он крайне заинтересован в осуществлении своего проекта и в том, чтобы внести вклад в благоустройство общества. Все необходимые детали вы найдёте в приложении к письму. Кроме того, Робин готов дать большое интервью.

– Хорошо, но в чём смысл вашего предложения? Чем нам может быть интересен ваш клиент?

Я сделала глубокий вдох.

– Он собирается потратить семьдесят миллионов крон на благотворительность и затем каждый год отчислять процент с доходов своего проекта в определённые организации. Высокий процент, – подчеркнула я.

Я услышала, как сотрудник «Медиекса» принялся лихорадочно записывать.

– Так вы говорите, что уже отправили всю информацию по почте? – спросил он, скрипя ручкой.

– Всё находится в письме. Можете расценивать это как общественную инициативу, пример для других. Робин – большой энтузиаст своего дела и надеется, что у него появятся последователи. У него очень широкие взгляды на то, как можно улучшить жизнь в будущем.

– Похоже, он и правда хочет привлечь к себе внимание. – В голосе сотрудника журнала явно свозила ирония. – И в какие же организации он собирается пожертвовать такие деньги? Впрочем, подождите, попробую предположить. Всемирный фонд дикой природы, верно? Тигры, панды, носороги… Или в Подарочный фонд какой-нибудь принцессы? «Гринпис», Фонд помощи больным раком?..

Я изумилась подобному цинизму.

– Нет, – решительно ответила я. – Половина этой суммы пойдёт в Приют для женщин.

Мой собеседник что-то пробормотал, записывая.

– Почему бы и нет? Странный выбор, ну да ладно. А остальное? Вы сказали, что он пожертвует половину.

– Другая половина пойдёт в Фонд помощи жертвам преступлений, – ответила я.

– О'кей, ничего толком не понятно, но звучит интересно. Не знаю, помните ли вы, когда появились беженцы из Сирии, все вдруг начали открывать не только свои сердца, но и кошельки. Было несколько слабых попыток собрать деньги, но это лишь подорвало веру в благотворительность. Как в двухтысячном году, когда несколько девушек организовали в Фейсбуке кампанию в помощь беженцам, заработали пару-тройку миллионов, а потом скрылись с ними. Но теперь правила игры меняются? Это привлечёт внимание. Этот ваш Робин, он мог бы дать нам интервью уже сегодня, чтобы мы смогли опубликовать в воскресном выпуске большой репортаж о нём?

– Конечно. Номер его телефона вы найдёте в письме, которое я вам отправила.

На этом разговор завершился. Кладя трубку, я подумала, что Янэ достался не только скандал вокруг Натали, но ещё и это.

В дверь постучали – это портье принёс заказанный обед. Только я собралась перекусить, как получила эсэмэс-сообщение. Я взглянула на экран телефона. Незнакомый номер. Открыла сообщение: