Единственным неиспробованным решением проблемы стала для Небесного Совета военная авиация. Реальные самолеты, а не стилизованные под них порталы, не использовали годами, боясь потревожить связывающие Мидлплэт с Даункладуом внематериальные нити. Но в критической ситуации Первый секретарь Небесного Совета немедленно отдал приказ направить к укреплениям протестующих истребители.

В этот раз идеология сыграла против своих создателей. Ни один из летчиков не согласился тревожить умерших. Да и проржавевшие самолеты, лишенные должного техобслуживания далеко бы не улетели.

– Вперед, черти! – закричал Турий, и следовавшие за ним разумные существа попрыгали через баррикады, грудью на амбразуры.

Забыли одну идеологию, уверовали в другую. Как там, в философии подобное называется? Смена парадигм?

Первых проникнувших за ограждения, подстрелил снайпер, засевший в одной из кремлевских бойниц. Остальных расстреливали строчащими пулеметами и в унисон им раздающимися автоматными очередями. Но протестующие готовы были проявить героизм. Они бежали к Кремлю, отстреливаясь на ходу. И, надо отдать им должное, для новичков они стреляли неплохо. Бойцы СОРТ падали один за другим, словно кегли. Градом сыпавшиеся в их сторону гранаты заставляли сдавать позиции.

– Снайпера снимите! – приказал Турий, и его указание тут же исполнили.

Снайпер оказался метким, но неуклюжим. Невовремя высунув нос из своего укрытия, он немедленно схлопотал пулю в лоб.

Избавившись от снайпера, разгневанные повстанцы полились через баррикады неконтролируемым потоком. Полицмейстеры и бойцы СОРТ на этот раз оказались сметены и раздавлены. Началась давка, и было уже все равно, на чью голову наступать – своих или чужих.

Турий почувствовал, как его ноги отрываются от земли. Зажатый между скучившихся повстанцев, он мог только перебирать руками, стараясь плыть через море разумных существ в выбранном направлении. Хотя, какое там направление? Во время давки плывешь туда, куда тебя тащит течение. Протестующие брали верх количеством, а оно, как известно, переходит в качество. Возможно, если бы Небесный Совет успел стянуть к Кремлю большие силы, если бы ему не обрубили каналы связи, исход боя был бы другим. Но случилось то, что случилось. Толпа снесла кремлевские ворота.

«Плохой я руководитель, если не смог организовать нормальное наступление и допустил эту кучу-малу», – подумал Турий. Но какое имела значение эта позорная страница его послужного списка, если победу все-таки одержали? Победителей не судят.

– Пропустите! – приказал обличник и протиснулся через застрявшую в проходе толпу.

Первого секретаря Небесного Совета лишили костылей, без которых он не смог бы дохромать и до туалета после «героического» прыжка в День прощения. Секретарь упал на пол и скривил гримасу боли. Ситуация грозила повторными переломами еще не сросшихся до конца ног.

– Молишь? Заклинаешь именем Демиурга? – заносчиво заговорил Турий, поглядывая на секретаря сверху вниз.

– То и другое, если вам будет угодно, – склонив голову, ответил Первый секретарь.

– Признаешь свою вину перед народом ЕТЭГ? Каешься ли в убийствах невинных вампиров?

– Каюсь.

– Хотя, чего я тебе уделяю внимание? – хмыкнул Турий. – Тебя же все равно ждет смерть с металлическим привкусом. Помнишь такое народное выражение?

Первый секретарь задрожал мелкой дрожью и писклявым голосом провизжал:

– Помилуйте! Во всем каюсь! Виноват перед народом ЕТЭГ! Хэйл попутал! Знаете же, без Паладина живем! Темные времена наступили! Да еще и с каким кощунством! Сами все видели! Хэйл попутал!

– В камеру самоубийств его! – с заметной ноткой брезгливости приказал Турий. – И остальных из Небесного Совета туда же!

Повстанцы готовы были броситься исполнять, но их остановил властный голос появившегося из глубины кремлевского дворца темноборца:

– Отставить! Расстреляем на месте.

В толпе послышались одобрительные возгласы. Турий почувствовал себя фиктивным руководителем. Обязанностей навешали, а слово вставить не дают. Ну, расстрелять, так расстрелять.

– А тебя, рогатый, жду на совете Временного правительства завтра в восемь, – добил Турия новой колкостью темноборец.

– Хорошо, Джибли, – ответил поникший Турий и поправил челку, чтобы убедиться, что она надежно скрывает его рога.

Джибли был одним из руководителей Подполья, американским шпионом в Кремле и, одновременно, членом Небесного Совета. Как ему удавалось совмещать эти три роли, одному Демиургу известно. «Вот уж эти наглые америкосы», – подумал Турий, но сразу же оборвал свою мысль, придя к выводу, что с момента образования ЕТЭГ америкосы перестали отличаться от каких-нибудь ростовчан или волгоградцев. Все говорят на одном языке. Всем есть какое-то дело до Небесного Совета и его полномочий.

Так во сколько приходить на совет?

Глава 27. За что боролись, на то и напоролись