— Я богиня Анархии, спасибо, — ответила Анья, поправляя волосы. — И величайшее вдохновение Уильяма. Прежде чем ты спросишь, я раздаю автографы… но только кровью других людей.

«Мне действительно нравится эта девушка». Особенно учитывая то, что она не бывшая любовница Уильяма.

— Как ты познакомилась с Уильямом?

Богиня улыбнулась, с нежностью вспоминания.

— У нас были соседние камеры в Тартаре.

Серьезно?

— Уильям сидел в тюрьме для бессмертных?

— На самом деле несколько лет. Он переспал с королевой Олимпийцев. Ее муж обнаружил это и решил отомстить. — Анья обходила конюшню, осматривая вещи. — Но только никто не знал, что Уильям хотел попасть в тюрьму. У него был список узников, которых нужно убить. Список Гадеса.

Мужчина пожелал провести несколько лет взаперти, только чтобы добраться до людей, которых его отец предпочитал видеть мертвыми… какая самоотдача. Какая страсть к хорошо выполненной работе. Санни стала восхищаться им в тысячу раз больше.

— Не могла бы ты замолчать, чтобы я закончила представление? Класс, — сказала Пандора. — Анья, это Санни, та, о которой я тебе говорила. Уильяма… — Нахмурившись, она посмотрела на Санни. — Кто ты для Уильяма?

— Плененный сотрудник месяца, — проворчала Санни, насторожившись, когда Анья подошла к шкафу. Требование к женщине держать от шкафа подальше только бы возбудило ее любопытство сильнее. — Он настаивал на том, что у нас официальные отношения. Позже написал, что не придет всю ночь.

— Эй, эй, эй. — Анья поспешила подойти к Санни. — Ты сказала, что Уильям согласился на официальные отношения?

— Ага. Очевидно уже сожалеет об этом. Я имею в виду, мне бы хотелось верить, что где-то там он убивает своего бывшего брата, но подозреваю, что прошлой ночью у него была эмоциональная встряска из-за меня… — после того как мы открыли друг другу наши сердца, — …так что теперь он напуган и полон решимости разорвать нашу связь.

Разговаривать с другими женщинами было приятно. Правильно. Поскольку Уильям уже проверил этих двух, Санни чувствовала себя комфортно, учитывая отсутствие у нее друзей.

Богиня кивнула, когда заговорила.

— Ага, звучит похоже на нашего Уильяма. Его эмоциональные встряски обычно заканчиваются большим количеством жертв.

«Наш Уильям? Нет. Мой! Только мой».

«Не мой, на самом деле. Пока нет».

— Если бы я не была ему нужна для расшифровки книги, он бы меня выгнал. Уверена в этом.

Анья скривилась.

— Чувак, ненавижу эту дурацкую книгу. Знаешь, сколько раз я пыталась убедить Уилли, что ведьма не настолько глупа, чтобы дать ему способ избавиться от проклятья? Она только хотела сделать ему еще хуже. И все же он цепляется за надежду.

Анья могла быть права. Книга может быть просто дневником ненависти Лилит к Уильяму, не более. Но Санни не могла не восхищаться его мировоззрением. У него был единственный возможные спасательный круг, и он держался за него изо всех сил. Глупо это или мудро, покажет только время. Прекратит ли Санни расшифровывать? Ни в коем случае. Санни хотела знать, был ли шанс, что ведьма сказала правду и дала Уильяму выход.

— Девочки, вы готовы идти? — спросила она.

— Всегда! — Анья наклонила голову и хмуро посмотрела на Санни. — Для наших планов тебе понадобится оружие.

— Не волнуйся. Я подготовлена. — Да, у нее были кинжалы Уильяма, но только в качестве запасных. Сняв медальон со своей шеи, она провела пальцами по определенным углублениям, и из центра выдвинулся черный рог, образуя копье.

Грядет бойня с демоном!

Глава 25

В реальности смертных Уильям мчался по тенистому переулку, вместе с Акселем. Его кинжалы покрывало парализующее вещество, как и обычно, когда убивал во имя Гадеса. Аксель тоже держал пару клинков, но без парализатора. Если понадобится, мужчина мог достать огненный меч.

Вдоль каждой из стен стояли мусорные контейнеры. Прохладный ветерок доносил запахи отходов, мочи и гниющей еды.

Вряд ли это имело значение. Он работал с братом, чтобы выяснить больше информации о Гневлингах.

Он бы хотел, чтобы отец присоединился к ним, но, сбросив свою бомбу, Гадес переместился. Уильям тоже, в полной решимости узнать все, что Гадес знает о его и Акселя прошлом, но вернулся назад. Именно тогда он понял: отец запретил ему вход.

У него упала челюсть. Он ненавидел ссориться с этим мужчиной. Как он должен его убить? Почему должен его убить?

«Чьи у меня глаза?»

Незнание… Уильям почувствовал, будто его грудную клетку вспороли, облили кислотой и наполнили камнями. Быть брошенным мужчиной, которого он любил больше всех на свете, воином, которого уважал и обожал, королем, ради защиты которого уничтожал целые армии, спасителем, которого почитал, оказалось так больно, как он даже не мог себе представить. И почему его бросили? Из-за пророчества, о котором он никогда не слышал, и действия, которое он никогда не планировал совершать.