Читаем Темная вода полностью

Вот она и очертила узкий круг друзей. Ну, может, не совсем друзей, но точно не врагов. Сейчас, в нынешних обстоятельствах, было очень важно точно знать, кто враг, а кто друг.

– А Сущь? – Темка погладил лошадку Натуську по спине.

– А Сущь тебя никогда здесь не найдет! – сказала Нина как можно увереннее, стараясь не думать про клочья сизой шерсти, что они с Черновым видели на полу в тайной комнате. Ее ведь Сущь не нашла… – Значит, запоминаем остальные правила! – Она улыбнулась и загнула второй палец. – В тайной комнате надо вести себя очень тихо, чтобы никто не догадался, что здесь кто-то есть. Сможешь?

Темка кивнул. Нина сделала глубокий вдох, готовясь озвучить самое главное, самое тяжелое правило.

– И в-третьих, – она загнула третий палец, – ты не должен ничего бояться. Что бы ты ни услышал, что бы ты ни увидел… страшного, ты не должен бояться и выходить из тайника. Когда ты тут, – она постучала по резной раме, которая сейчас превратилась в дверной косяк, – когда ты тут, все, что происходит снаружи, происходит понарошку. Понимаешь?

Темка снова кивнул. Ему все еще нравилась эта игра.

– Хорошо. Я оставлю здесь для тебя воду и печенье. Просто так, на всякий случай. Если ты заскучаешь или вдруг проголодаешься. – Как же тяжело давались ей эти слова! Как же дико они звучали, но Темка верил. – Это… игра не продлится долго. – Она так надеялась. Сказать по правде, она надеялась, что эта игра вообще не начнется, но уповай на лучшее, а готовься к худшему.

Если бы только можно было уехать! Бросить все, сгрести Темку в охапку и бежать куда глаза глядят! С некоторых пор вариант вечного бегства перестал казаться Нине таким уж страшным, появились куда более пугающие перспективы. Но Шипичиха в этом вопросе была категорична: пока не закончится русалья неделя, Темка должен оставаться у Темной воды. А русалья неделя закончится завтра, это значит, что им предстояло продержаться одну-единственную ночь. И для Нины очень важно, чтобы ее сын не заметил ни ее страха, ни ее готовности пойти до конца. Для него все эти приготовления к бою всего лишь увлекательная игра. Пусть так и остается!

А день клонился к закату. Солнце уже окунулось рыжим боком в темную воду, окрасив ее багрянцем. Очень скоро стемнеет, очень скоро начнется самая последняя русалья ночь… Нина ждала. Обходила свой дом дозором, словно это был не дом, а самая настоящая крепость. Брала в руки ружье, проверяла, заперты ли окна, проверяла знаки на засове – магическую сигнализацию, надеялась, что Чернов все-таки сдержит обещание и придет. Наверное, она бы даже ему позвонила. Переступила бы через себя, рискнула бы его жизнью ради жизни Темки, но у нее больше не было телефона, а то, что от него осталось, лежало на дне озера. Так ей показалось надежнее.

Солнце нырнуло в озеро и залегло в спячку в его темных глубинах, над водой, сплетаясь в затейливый узор с лиловыми сумерками, поплыл туман. Чернов не пришел, и Нина поняла, что надеяться она теперь может только на себя одну. Нам бы ночь простоять да день продержаться…

Она искупала и накормила Темку ужином, а потом, уже на ходу, с тревогой всматриваясь в темноту за окном, изменила правила игры.

– Темка, а давай ты сегодня будешь спать в тайной комнате! – Она из последних сил старалась, чтобы голос звучал бодро, чтобы в нем не звучало и тени тревоги. – Тренировочный сон в походных условиях! – У нее даже получилось улыбнуться. – Я постелю тебе там постель, положу подушку и одеяло. И планшет с мультиками ты тоже можешь взять. А дверь я не стану закрывать. – Она чуть было не добавила «если ты боишься», прикусила язык в последний момент. Ее сын не должен ничего бояться. А еще он не должен ничего видеть.

Темка согласился. В четыре года легко верить взрослым. Четыре года – это возраст бесстрашия. Он даже помог Нине устроить в тайной комнате наблюдательный пост. Так он это называл.

Наблюдательный пост… Когда-то, почти двадцать лет назад, это был ее наблюдательный пост. Тогда она увидела такое, что почти сразу же предпочла забыть. А теперь ей нужно вспомнить. Во что бы то ни стало вспомнить!

Темка уснул в девятом часу, в обнимку с Натуськой, Клюквой и планшетом. Нина укрыла спящего сына пледом и осторожно закрыла дверь. Из мутного отражения в антикварном зеркале на нее смотрела какая-то другая, совершенно незнакомая ей женщина. Эта женщина с полным решимости взглядом была готова идти до конца. И пойдет, если потребуется.

Нина выключила свет в спальне, на цыпочках прошла в кухню, по пути прихватив с собой ружье. Окно она занавесила еще вечером, почему-то так ей было спокойнее. Хотя спокойствие давным-давно стало для нее недостижимым состоянием. Нам бы день простоять да ночь продержаться… А еще восстановить в памяти то, что никак не удавалось вспомнить…

Юла лежала в углу, тускло поблескивая полосатым боком. Та самая юла, которую подарила Темке Шипичиха, та самая юла, с помощью которой приоткрылась дверца…