Читаем Темная вода полностью

Однажды Нина спросила. Дождалась, когда Игорь проснется, залпом осушит бутыль ледяной минералки, примет душ и зайдет с тыла, чтобы обхватить ее за необъятный уже живот. Спросила про помаду, но имела в виду все сразу.

Он снисходительно фыркнул, горячо дыхнул Нине в затылок замаскированным мятной жвачкой перегаром, погладил живот, а потом сказал:

– Я люблю тебя, малая. Люблю с тех самых пор, как увидел в первый раз. – Правой ладонью он вычерчивал круги на ее животе, а левой скользил выше, от живота к груди. – Но ты беременна, а я мужик. Понимаешь?

Наверное, в тот момент ей нужно было развернуться, упереться в него своим безразмерным беременным животом и заглянуть в глаза, чтобы он тоже кое-что про нее понял, но она струсила, до крови прикусила губу и промолчала. Она была беременна, и в тот момент ей казалось, что беременность – это синоним беспомощности. А еще ей хотелось верить, что все изменится, стоит только появиться на свет их ребенку.

Темка родился, и все снова стало хорошо, почти как прежде. Если бы Нина сумела забыть про чужую помаду и запах чужих женщин на коже своего мужчины. Да, всего лишь мужчины. В какой-то момент она перестала думать об Игоре как о своем муже. Как-то так само собой получилось. Зато Нина начала думать о будущем. Рождение ребенка делает женщину очень внимательной ко всему, что раньше казалось незначительным. А еще расчетливой. Наверное, уже тогда, еще не отдавая себе в этом отчета, она готовилась уйти. А когда Игорь в первый раз заговорил про «нормальность», смутное решение стало обретать плоть. Когда в ее жизни появился Темка, она как-то враз, в одночасье перестала быть инфантильной. Словно щелкнуло что-то внутри, перенастраивая ее на новую жизненную программу. Теперь она больше не малая. И теперь она больше никогда не останется одна. Даже если Игорь решит, что они с сыном недостаточно «нормальны» для того, чтобы по-прежнему находиться в кругу его интересов и забот. Кажется, именно тогда Нина начала откладывать деньги на черный день и искать подработку в интернете. Кажется, именно тогда она поняла, что сумеет продержаться без Игоря. И примерно тогда же задумалась над тем, что прячет Игорь в сейфе за репродукцией «Звездной ночи» Ван Гога. Ей понадобилось три дня, чтобы подобрать код, и еще примерно столько же, чтобы решиться заглянуть в сейф.

Там, рядом с несколькими пачками стодолларовых купюр, лежали пистолет и простая пластиковая папка с документами. Нина не тронула деньги, но сфотографировала все документы до единого. Материнство сделало ее осторожной, проницательной и расчетливой, шепнуло, что информация может пригодиться в будущем.

И она пригодилась. Как же, оказывается, плохо она знала человека, с которым связала свою жизнь! Рубаха-парень, простой, грубоватый, но при этом везучий, умудрившийся поймать удачу за хвост. Вот так она думала об Игоре. Предпочитала думать. Она не верила дорогим костюмам, английским сорочкам и итальянским шелковым галстукам, считала их если не блажью внезапно разбогатевшего человека, то дымовой завесой, превращающей парня с района в преуспевающего бизнесмена. А на самом деле Игорь был гением, темным финансовым гением. Бумаги, бережно хранившиеся в простой пластиковой папке, подтверждали гениальность, а пистолет делал темное настоящее почти чернильно-черным. Названия фирм – настоящих и подставных, имена – неизвестные и широко известные, счета – все сплошь офшорные, суммы – все сплошь шестизначные. Или Игорь не был гением, а являлся доверенным лицом криминального гения? Настолько доверенным, что имел доступ к информации, в равной степени бесценной и опасной.

Второе предположение не исключало первого. Криминальные гении не окружают себя простаками и уж тем более не вводят их в ближний круг. Оставалось очертить круг…

Так уж вышло, что сначала всей Нининой жизнью была мама, потом Игорь, а потом Темка. Так уж вышло, что Игорь отделял жизнь личную от жизни общественной. Защищал ее от правды? Стеснялся такой своей работы? Скорее всего, и первое, и второе.

Это сначала, пока он ее любил. А теперь? Что знала Нина о нем теперь? Из бумаг, спрятанных в сейфе, она узнала куда больше, чем от самого Игоря. Например, о том, что он купил загородный дом. Особняк в четыреста квадратных метров, если верить договору купли-продажи. Или о том, что месяц назад он летал во Францию, если верить визе в его паспорте. И, наверное, летал не один, если верить копии дарственной на новый «Бумер». В дарственной значилось имя. Нина погуглила и нашла то, чего боялась, но к чему была уже готова. Девица оказалась молода и хороша, девица была копией самой Нины, ее улучшенной копией. Девица была активна в соцсетях и постила в Инстаграме по несколько фотографий в день. Нашлись там и фото из Франции под тегом «Париж_город_влюбленных».