Читаем Темная роза полностью

– Его срок истек, не печалься о нем.

– Мне кажется, что я скорблю больше о нас, тех, кто остался, – ответил Пол.

Ричарда похоронили в склепе под часовней, рядом с его матерью и другом детства, отцом Пола, Недом. Майка задержался в Морлэнде еще на несколько дней, в расчете на то, что погода улучшится и облегчит обратный путь. Пол был рад этой задержке, так как у него оказалось время для того, чтобы получше узнать своего внебрачного сына. Похоже, что Адриан за последние годы сильно изменился к лучшему. Пол провел с ним много часов в гостиной и комнате управляющего, беседуя обо всем на свете. Адриан был очень почтителен и внимателен к отцу, у него оказался острый ум и здравое представление о мире.

Полу не пришлось долго ждать момента, чтобы пожалеть об уходе Ричарда, с которым всегда можно было посоветоваться. Теперь некому было дать ему совет об Адриане: Пол хотел сделать что-нибудь еще для юноши, и совет Ричарда очень пригодился бы. И он, вполне естественно, вместо Ричарда обратился за советом к Майке.

– Что ты думаешь о нем? – спросил как-то Пол, застав Майку одного в часовне.

– Об Адриане? Трудно сказать. Это необычайно способный юноша, им все довольны, и он ведет самую добродетельную жизнь.

– Но?..

– Мне кажется, я не говорил «но», – улыбнулся Майка.

– Не говорил, но я услышал его в тоне твоего голоса. Что это? У тебя есть какие-то сомнения? Что-нибудь не совсем благое?

– Он ведет очень скромную жизнь и не забывает свои религиозные обязанности так же, как и все остальные. Не знаю, какие могут быть сомнения. У меня нет ничего против него, вот и все. Но что-то в нем тревожит меня. То, что творится у него внутри, он хранит за семью печатями.

– У тебя есть свидетельства того, что он не искренен? – тревожно спросил Пол.

– Вовсе нет. Но все-таки я беспокоюсь о нем. Я бы хотел полюбить его.

– Я могу любить его, – вырвалось у Пола. Майка поднял вопросительно бровь. – Я бы хотел вернуть его домой и дать ему какую-нибудь должность в поместье – что ты об этом думаешь?

– Возможно, это было бы неплохо для него, в мирском смысле слова, и вполне могло бы улучшить его характер, помочь ему постичь, что значит любить других и быть любимым ими. Но какое место ты мог бы ему дать? Ведь ты слишком высоко его ценишь, чтобы поставить на должность слуги.

– Слуги? Нет, я вовсе не хочу сделать его слугой. Майка покачал головой:

– Извини, если я обижу тебя, но все остальное было бы оскорбительно для другого твоего сына.

– Это не его дело.

– В любом случае, я бы советовал тебе поговорить с ним, прежде чем сообщать что-то Адриану.

– Хорошо, я так и сделаю, – неохотно ответил Пол.

Эмиас пришел в бешенство:

– Чтобы этот бастард жил здесь? Нет! Я не хочу и слышать об этом.

– Ты не хочешь и слышать об этом? – внезапно разгорячился Пол, сначала желавший поговорить спокойно.

– Я бы не хотел, чтобы он жил здесь. Неужели ты сошел с ума, папа?

– Мне кажется, это ты сошел с ума. Я – господин Морлэнда и делаю что хочу.

– И я тоже, особенно когда речь идет о том, что затрагивает мою честь.

– Это не имеет отношения к твоей чести. Если я хочу поселить здесь этого юношу – это касается только меня. У него есть большие способности, добродетели, которые позволяют ему занять определенное место в доме.

– Этот юноша, как ты его называешь! Все знают, что он твой бастард, и будут сплетничать о том, как ты приветил его, больше чем собственного законного сына. Я – наследник Морлэнда, и мои сыновья унаследуют его после меня. Это мое наследство, и семейная честь – его часть. Я не могу позволить, чтобы мои сыновья выросли бок о бок со свидетельством твоего позора – если он твой. Кто может доказать, что это и в самом деле твой сын?

Глаза Пола сузились:

– Помни о том, раз уж дело дошло до этого, что никто вообще не может знать, кто был его отцом.

Эмиас презрительно усмехнулся:

– Ты, конечно, можешь позорить память моей матери, так как ты дурно обращался с ней при ее жизни, но она была твоей законной женой, и это уже невозможно изменить. А я – твой законный сын, единственный законный сын, что бы ты там ни думал. Если тебе наплевать на меня, или на память моей матери, или даже на собственную честь, то подумай о родовой чести. Что скажут о нас люди? Ты позволишь опозорить наш род? – Он знал, что попал в самую точку. – Повторяю, я не потерплю здесь бастарда.

Пол понял, что потерпел поражение:

– Хотя я не был повенчан с его матерью, он мой сын, как и ты. Он – твой родственник, неужели это ничего не значит для тебя?

Победив, Эмиас проявил немного милости к побежденному:

– Я не хочу ему зла. При том, что все останется по-прежнему, я даже желаю ему добра. Главное, чтобы не пострадала моя честь и честь моих сыновей.

Пол повернулся, испытывая боль в сердце:

– Я отошлю его. Похоже, я разрушаю любовь, когда бы не столкнулся с ней, как плесень. С самого начала и до конца мне не суждено обладать тем, что я люблю.

Эмиас холодно посмотрел на Пола:

– Скорее, твоя вина в том, что ты не хочешь любить тех, кто окружает тебя, – упрекнул он.