– Потрясающе, не правда ли? – заметил Ренар. – Достаточно, чтобы разрушить самые дорогие сердцу мужчин представления, касающиеся женщин. Даже Арианн. Когда я встретил ее днем и увидел ее лицо на свету, то подумал, что смогу без труда читать ее, но и она сумела что-то от меня скрыть. Даже когда я ее целовал.

– И она позволила тебе поцеловать ее? Э-э, не воспользовался ли ты…

– Нет, ничего, кроме природного шарма. Даме очень нравятся мои поцелуи, хотя она скорее бросится в море, чем признает это. Никогда не встречал таких упрямых.

– Ты, очевидно, нечасто смотришься в зеркало?

Ренар бросил на старика сердитый взгляд. И удивился, когда Туссен в ответ дружески похлопал его по спине.

– Ну, поздравляю, месье. Похоже, ты на пороге победы. Тебе не только удалось вырвать поцелуй, но и, если твои подозрения оправданны, в скором времени твоя дама подвергнется смертельной опасности. Она будет вынуждена воспользоваться твоим перстнем, и ты сможешь прийти ей на помощь. Остается надеяться, что успеешь.

– Успею, если потребуюсь Арианн. Но кто сказал, что смертельная опасность грозит моей даме? Если и возникнет какая-либо трудность, она коснется кого-то другого. Арианн никогда не стала бы скрывать собственные тайны.

– А-а, понятно. В опасности жизнь кого-то другого. Ну, тогда все в порядке.

Ренар свирепо глянул на него:

– Туссен, ты нарочно провоцируешь. Опасность никому не грозит. У Арианн есть мое кольцо. Все, что от нее требуется, это воспользоваться им и вызвать меня.

– Если только сия дама не слишком упряма.

Ренар зашагал прочь. Интересно, когда именно тот усвоил противную привычку говорить ему именно то, что он не желает слышать?

Ренар задержался у дверей конюшни, украдкой бросив последний взгляд на залитый солнцем город и порт. Вполне вероятно, что, как говорила старая Люси, он накликает несуществующую беду. Он никогда не видел места, которое выглядело бы так безмятежно, как остров Фэр в этот ясный летний день. В какой переплет нужно попасть его даме, чтобы он вернулся?

Арианн, перекинув корзинку через руку, возвращалась по улице, ведущей к монастырю. На этот раз Ренар действительно уехал. Задержавшись у кузницы, откуда была хорошо видна гостиница, она наблюдала, как Ренар, собираясь в путь, садился на коня. Какой-то момент Геркулес бушевал, вставал на дыбы, пытаясь сбросить седока.

Это была борьба между двумя сильными существами мужского пола, равными по упрямству и силе воли. Но, в конечном счете, Ренар, натягивая стремена и поводья, одержал победу и направил коня по дороге, ведущей на материк. Следом на гнедом мерине скакал грозный на вид старик.

Арианн надо бы быть довольной, освободившись от нарушившего покой присутствия Ренара. И все же очень странно: на улице привычная суета, те же краски и шум, однако почему-то остров стал казаться более пустынным.

Арианн попыталась стряхнуть с себя грустное ощущение, но тут сердце забилось чаще – позади послышался топот копыт. Невольно подумалось: «Ренар». Ей надо бы знать, что он никогда не сдержит обещания оставить ее в покое. Но ее опасение – или надежда – исчезло, когда она увидела, что это не граф, а отряд из полудюжины всадников.

Она отпрянула назад. Взмыленные лошади, казалось, проделали долгий трудный путь, всадники в пропыленных накидках выглядели не лучше. Старший отряда внезапно поднял руку, осаживая эскорт. Он повернулся в седле, при этом накидка откинулась, открывая ярко-синий мундир королевского гвардейца.

У Арианн пересохло во рту. Ей хватило присутствия духа, чтобы отойти в тень между двумя лавками. Командир отряда поворачивал коня, острым взглядом окидывая улицу. Повелительно поманил к себе кучку женщин, таращивших глаза на него и его солдат. Большинство жались к аптекарской лавке, но мадам Элан, жена гончара, женщина кокетливая, положив глаз на командира, не спеша подошла к отряду.

Изо всех сил напрягая слух, Арианн ловила обрывки фраз.

– Ищем… беглого каторжника. Опасный человек. Молодой, крепкого сложения, темно-русый, бородатый, возможно, ранен… живым или мертвым по указу короля.

Арианн в отчаянии прижала руку ко рту. Несмотря на все эти слова о беглых каторжниках, она была уверена, что эти люди преследуют капитана Реми. У нее также не было сомнений в отношении того, кто их послал. Не король, а королева. Темная Королева.

Дрожа от ужаса, Арианн попятилась назад, пока не вышла в проулок позади лавок. Потом пустилась бежать к монастырю Святой Анны, словно от этого зависела ее жизнь.

Глава десятая

Откройте именем короля!

Звонил монастырский колокол, с ним сливался оглушительный стук кулаков по монастырским воротам. Под эти нетерпеливые звуки монахини разбегались врассыпную, словно выводок перепуганных цыплят.

– Спокойно, дочери мои, – приказывала Мари Клэр.