Читаем Телохранитель для мессии полностью

На очереди находилось принятие водных процедур. Хрупкие пенные шарики радостно лопались, принимая меня в емкость размером с небольшой бассейн. Две молоденькие девушки высоко держали мои волосы, чтобы они не намокли, пока престарелая служанка омывала мое лицо и тело. Мягчайшая простыня собрала все до единой капельки с кожи, которая после купания стала безумно нежной. После меня умаслили, надушили и облачили в пеньюар, оставляющий мало простора воображению. Волосы, достающие уже до колен, расчесали самым тщательнейшим образом.

Неплохо меня готовят для первой брачной ночи. Постараюсь не разочаровать молодого мужа – его ждут незабываемые впечатления! Пусть тоже приготовится…

Через смежную с гардеробной дверь меня провели в Императорскую опочивальню. Полупрозрачные занавеси стыдливо прикрывали алтарь брачного ложа, находившийся на круглом трехступенчатом пьедестале.

Вот где Избранную принесут в жертву маловразумительному Пророчеству!

Спальня со времени моего посещения значительно похорошела. Что ни говори, а черные занавеси и драпировки не украшают помещение. Светильники романтично парили вокруг балдахина, позволяя подробно рассмотреть комнату, оформленную в кремовых тонах. Окон не было – их заменяли качественные иллюзии, неотличимые от оригиналов. Оснащенные для большей реалистичности портьерами, они все равно коробили мне, как обладательнице Силы, взгляд – сквозь загадочно подмигивающее ночное небо отлично просматривалась обыкновенная стена. Матрац, лежащий на кровати размером с частный аэродром, мягко спружинил, когда меня на него усадили. Служанки, гордо полюбовавшись делом рук своих, вереницей покинули опочивальню через центральные двери.

Настороженно выждав в неподвижности минуту, я забралась на предоставленную в мое распоряжение постель с ногами. Выплюнутая цепочка с амулетом нашла пристанище на моей шее. Поерзав по скользким простыням, тело приняло позу, которую аалона Валента называла «ждущая опасность», а Ранель – «затаившийся мертвяк»: спина прислонена к изголовью, правая нога подогнута для упора, руки выжидающе расслаблены поверх одеяла.

Если мне не изменяет вернувшаяся после продолжительного отсутствия память, именно в данной кровати испустил последний вздох экс-Император, а до него еще куча других. Интересно, не мучают ли его сыночка кошмары в этой постели? Мне бы было не до сна.

Ай да Велисса, здорово она постаралась, чтобы уложить меня на Императорское ложе. Причем не она одна: взять хотя бы алну Астелу. От кого еще у герцогини этот чудо-амулетик?

«Из лесу, вестимо».

Ба, кто это тут у нас прорезался?! Где ж ты раньше был, мой любимый внутренний голос?

«Крепко спал».

Пока ты бессовестно дрых, я успела в брак вступить!

«И на час нельзя тебя оставить. Обязательно в какую-нибудь дрянь вступишь!»

Вместо того чтобы пошлить, лучше бы подсказал, что мне сейчас делать. Ясно одно – не бывать этому запланированному высшими силами материнству. Черта им лысого, а не Спасителя! Но для начала нужно вывести из игры моего венценосного супруга.

Последний, легок на помине, появился в спальне. Тяжелые двухстворчатые двери почтительно пропустили Дэрриша внутрь. Он плотно закрыл их за собой и устало прислонился спиной к узорчатой створке. На моих губах тут же восстановилась улыбка, от которой уже сводило судорогой лицевые мускулы, и глаза уставились в одну точку. Взгляд Императора задумчиво упал на главный в комнате предмет обстановки – кровать с возлежащей на ней моей персоной. Энтузиазма на его лице при виде этой картины не проявилось. Новоприобретенный муж не торопился с отдачей супружеского долга.

«Нужно было принять на грудь для храбрости».

Ну нет! Всегда существует возможность перебора и опасность осрамиться перед молодой супругой – не суметь достойно исполнить супружеские обязанности.

Собравшись с силами, он все-таки отлепился от двери и походкой вымотанного хищника двинулся к кровати. Его босые ноги мягко, неслышно ступали по ковру. Полы длинного халата из черного, расшитого серебром бархата распахивались при каждом шаге. Я, усыпляя его бдительность, оставалась все в той же позе тихой душевнобольной. Не останавливаясь, новобрачный кошкой поднялся по прикроватным ступенькам. Сброшенный халат полетел на расправленную постель. В пижамных штанах ему тоже было неплохо, но лучше бы он не раздевался – я чувствовала бы себя намного спокойнее и увереннее.

Я и раньше подозревала, что у него красивое тело. Но не представляла, что настолько: без изъяна, вылепленное породой и долгими тренировками, не прикрытое и островком растительности. Это великолепие не было нарушено ни единым, даже пустяковым, шрамом или уродующим рубцом. Только золотая татуировка, окольцовывающая правое плечо Дэрриша, ярко сияла на смуглой коже. Этому феномену могло быть несколько объяснений, ни одно из которых не внушало мне оптимизма. Густые черные волосы спадали на плечи, глаза сверкали синими озерами. Горькая усмешка кривила совершенные губы. Я залюбовалась, взгляд действительно стал стеклянным, необходимость в притворстве отпала.