— Да. Жили-были принц и принцесса, ты же знаешь, так все сказки начинаются. Они были уже довольно взрослые, и никакие короли на свете не могли заставить их жениться или поцеловать лягушку. Принцесса была очень красива, а принц не особо, к тому же немного лысый. Но это неважно, им все равно суждено было пожениться, ведь они оба были особами королевской крови. И принц прекрасно знал, что его принцесса и сама может победить своего дракона, но все равно ему хотелось ее защитить. Принцы они все такие…

Давид умолк и склонил голову мне на грудь. Из коридора доносились смех и разговоры, кто-то громко пожелал спокойной ночи. Давид поднял голову и продолжил свой рассказ, я видела, как блестят в темноте его глаза.

— А принцу приходилось сражаться, как положено всем принцам. Известно, что любой принц должен решить три задачи и выдержать три испытания, чтобы получить свою принцессу. К тому же он знал, что она тоже не останется спокойно сидеть в хрустальном замке, а придет и поможет ему, как сестры помогают в сказках своим заколдованным братьям и освобождают их из чертогов Снежной королевы. Но этот принц должен был сам воевать на своей войне. И все же одна мысль не давала покоя: если однажды ему станет плохо, придет ли принцесса на помощь?

— Придет! — не задумавшись, ответила я.

— А затем они уехали жить на пустынный остров, например в горную деревушку на Корсике, сняли там свои короны и тут же забыли о том, что являются особами королевской крови и несут на плечах груз ответственности за дела целых государств. Они жили долго и счастливо и умерли в один день. Сказки всегда так кончаются.

Я задремала на плече у Давида, убаюканная его рассказом, дыханием, теплом его тела. В какой-то момент я проснулась, сходила в туалет, почистила зубы. Было тихо, лишь за окном в кронах деревьев шумел ветер. Возвращаясь в номер, я думала, можно ли оставить Давиду свой номер телефона. Потом вспомнила: я же показала ему фотографию Фриды. Телефон, по сравнению с этим, был сущей мелочью.

Около семи из коридора послышался шум и хлопанье дверьми. Я проснулась. Давид еще спал, во сне черты его лица смягчились, и теперь было нетрудно представить его мальчиком: как он лазил по деревьям, ходил под парусом или играл в футбол. Я вдруг подумала, что сейчас удобный момент влезть в его вещи и попытаться еще что-нибудь выяснить. Он сказал, что должен выехать до девяти, но при этом я не видела, чтобы он ставил будильник. Но стоило мне осторожно подняться, как он тут же открыл глаза.

— Хилья… Я уж испугался, что ты мне просто приснилась.

И нас снова кинуло в объятия друг другу. Целуя Давида, я подумала, что неизвестно, когда мы будем вместе в следующий раз, да и будем ли вообще? Все произошло быстро и немного наспех, но все равно было восхитительно. Мы вместе спустились на завтрак. Внизу никого не было, хозяйка сказала, что зеленые решили перенести семинар из помещения на танцплощадку. Я не удивилась: стояла солнечная погода, и, хотя уже веяло осенью, было по-летнему тепло и хотелось провести последние ясные деньки на свежем воздухе. Погода не соответствовала времени года, мысли в голове мешались, сердце стучало через раз. Все было как-то не так…

Давид оплатил счет и сказал, что при желании я могу остаться в номере. Однако я тоже собрала вещи и проводила его к машине. На прощание Давид обнял меня, и как раз в это время на парковке показалась Хелена с коллегами. Они подошли к машине, Хелена принялась доставать из багажника какие-то папки и журналы. Она не поприветствовала меня, проходя мимо, но на людях Давид раздумал целоваться — лишь быстро обнял меня, сел в машину и уехал.

Тогда Хелена подошла.

— Это и есть тот самый друг, в надежности которого ты не слишком уверена?

— Он самый.

— Ты встретила его в Нью-Йорке, в этой вашей Академии?

— Нет, не там.

— Странно, что он меня не узнал. В прошлом году я брала у него интервью, мы встречались в Петербурге, нас познакомил мой товарищ, работающий в системе государственной безопасности. Полагаю, ты знаешь, что Давид Сталь является сотрудником Интерпола и специализируется на российско-финских отношениях.

15

Я попросила Хелену трижды повторить сказанное. Они со Сталем познакомились в Санкт-Петербурге. Сталь занимался проблемами энергетики: изучал вопрос нелегальной торговли нефтью и продажи ядерной электроэнергии. Позже работал с проектом «Норд Стрим», занимался темой прокладки газопровода по дну Финского залива. Его деятельность не афишировалась, и Хелене, несмотря на ее должность, пришлось пустить в ход все свои связи и искусство переговорного процесса, чтобы договориться о встрече. Она ни секунды не сомневалась, что по роду своей деятельности я прекрасно знаю, чем занимается Сталь, и была крайне удивлена, поняв, что это не так.