Читаем Теленгеты полностью

В работе «История Сибири», под редакцией академика Окладникова, имеется ссылка на С.У. Ремезова о том, что «С.У. Ремезов же в своей летописи упоминает о столкновении Кучума с калмыцкими тайшами на Иртыше, после которого Кучум бежал с „малыми людьми в Нагайскую землю жити“, где был и убит» [31]. Это подтверждает тот факт, что хан Кучум стал искать убежище не у белых калмыков (теленгетов), а у нагайцев. И по всей вероятности С.У. Ремезов в своих летописях упоминает о столкновении хана Кучума на Иртыше с белыми калмыками (теленгетами), а не с черными калмыками, которые в то время распологались еще в верховьях Иртыша на Кара-Иртыше. Далее в этом многотомном труде, ссылаясь на рукопись диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Ю.Г. Булыгина, об теленгетах сообщается следующее: «Джунгарские власти, боясь потерять телеутов как своих данников и вспомогательную военную силу, заставили телеутских зайсанов организовать перекочевки телеутов с левобережья Оби к югу в район основных джунгарских кочевий… Русскому послу Унковскому контайша (правитель Джунгарии) прямо говорил, что увел к себе енисейских киргизов и телеутов, „чтоб от него не ушли к русским“. Однако часть телеутов сумела избавиться от насильственного переселения в джунгарские районы. Эти телеуты самовольно ушли в правобережье Оби или южную предгорную часть левобережья и приняли там русское подданство» [32]. В отношении того, что «часть телеутов сумела избавиться от насильственного переселения в джунгарские районы. Эти телеуты самовольно ушли в правобережье Оби или южную предгорную часть левобережья и приняли там русское подданство»— является чистым вымыслом соискателя ученой степени Ю.Г. Булыгина, который явно не был знаком с первоисточниками. Теленгеты проживали как по правобережью, так и по левобережью реки Оби. Им небыло необходимости бежать с одного берега на другой. С поглощением Теленгетского ханства Джунгарией, оставшиеся теленгеты на территориях современного Алтайского края, Новосибирской, Томской и Кемеровской областей были постепенно, в течение первой половины 18 века, покорены российскими колонизаторами. Добровольного вхождения в состав Российской империи теленгетов в первой половине 18 века не было отмечено ни в одном из существующих исторических документах того периода времени, за исключением перебежчиков— качкындаров. С разгромом Джунгарского ханства Китайской империей в 1756 году, спасаясь от геноцида устроенного китайскими властями в отношении теленгетов и джунгар, теленгеты 21 июня 1756 года добровольно вступили в подданство Российской империи. В этом многотомном научном труде не сообщается и о том, что теленгеты с ойратами подверглись со стороны Китайской империи полному уничтожению: «Монголо— китайцы истребляли все, что им встречалось живого, — убивали мужчин, насиловали и замучивали женщин, а детям разбивали головы о камень или стену, сжигали жилища, резали скот; они перебили до 1 000 000 калмыков… Киргизы (казахи,-Л.П.), как стаи хищных птиц, носились над этим необозримым побоищем и уводили в неволю целые тысячи беззащитных джунгаров…» [33].

Мурад Аджи в своей работе «Полынь Половецкого поля» справедливо отмечает, что «со времен Петра 1… методично уничтожали, как и всё, что связано с „малыми народами“. Петр так и писал в своем указе: „А басурман зело тихим образом, чтобы они не узнали, сколько возможно убавлять“. И убавляли. Геноцид— старая традиция доброй России, которая не забывалась ни при какой власти» [34], «После Октябрьского переворота началась борьба с пантюркизмом— власти объявили открытый бой всему, что связано с тюркской культурой» [35] и историей. До сего времени не написана правдивая история о тюркских народах населявших Западную и Восточную Сибирь. М.И. Аджи в своей работе «Кипчаки» совершенно точно заметил, каким образом писалась история нашей родины, России, населяющих её народов: «Вскоре в Россию прибыли из-за границы учёные, которым платили огромные деньги за то, чтобы они словесно и письменно говорили о скифах как о славянах, а тюрков всюду называли дикими кочевниками. Тогда, с тех самых пор, и перестали говорить правду о тюркском народе и о скифах… Так несли откровенную ложь и, не жалея сил, утверждали её» [36]. Одним из таких учёных был Г.Ф. Миллер, которому поручили за вознаграждение написать историю Сибири.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза