Читаем Телеэмпатия полностью

– Я обнимала свою трехлетнюю внучку, которая сейчас в Германии. Как будто в самом деле, по-настоящему… Я испытала такую радость, – говорила она, смахивая слезу. – Понимаю теперь, какие тревоги испытывает моя дочь, могу отправить ей свое сочувствие и тепло. Но самое интересное, что в последнее время я стала ощущать своего умершего мужа, когда о нем вспоминаю. Да, – она приблизила лицо к камере и стала говорить тише. – Он покинул этот мир два года назад. И приходит ко мне. Я ощущаю его. Вижу образ. Он говорит со мной, а я с ним. Мы танцуем вместе. Как раньше… Теперь я не чувствую себя одинокой.

Женщина откинула седую прядь, сказала, что никаких новых проблем со здоровьем не появилось и поблагодарила за получаемое удовольствие. Ролик закончился. Алена закрыла планшет.

– Что скажешь?

– Жуть.

– Вот, вот.

– Этого мы не планировали.

– Угу.

– Пока даже не знаю, как к этому относиться, – Максим отодвинул пепельницу и присел на подоконник.

– Думаю, что если это не причиняет никому вреда… Даже наоборот… То ничего плохого не происходит, – Алена присела рядом.

За окном черно-серые тучи затянули небо. Вдалеке ветвистым корнем сверкнула молния. Грянул гром. Первые редкие и тяжелые капли начали шлепаться на асфальт, зеленую листву деревьев, разноцветные клумбы. Максим прикрыл распахнутое настежь окно, откинул створку вверх. Еще секунда и с неба хлынули потоки воды. Запахло свежестью и зеленью. Он привлек к себе Алену и зарылся в ее каштановые волосы.

Максим купил квартиру в престижном районе города, в новом жилом квартале. Алена переехала к нему. Антон приобрел роскошные апартаменты в соседнем доме и новенькую «БМВ».

– У тебя же прав нет, – смеялся Максим, сидя в просторной столовой партнера с шикарным видом из окна.

– Ездить я умею. А права куплю. Не проблема, – Антон с громким хлопком открыл шампанское. – А ты разве не хочешь машину?

Он налил шипящее, словно змея, вино в высокий бокал и подал Алене, которая подошла к столу.

– Мне пока не до этого. Надо решить с кейсами для наших тэшек и других вопросов до хрена, – Максим быстро взглянул на экран мобильного и отложил его в сторону.

– Будешь? – спросил Антон, кивнув на шампанское.

– Нет.

– Может чего покрепче?

– Спасибо, не хочу. А ты любишь выпить. За рулем это опасная тема.

– Куда ты вообще ездить собираешься? В клинику пешком ходишь, мы тоже рядом живем, – иронично спросила Алена, потягивая шампанское, смакуя лопающиеся пузырьки. – Не понимаю, зачем тебе вообще машина?

– Девчонок катать.

– Девчонок катать, ха-ха, – передразнила его Алена.

– Главное пьяным не езди, а то еще собьешь кого-нибудь, – вставил Максим и подлил ей вина. Она нежно провела рукой по его отросшим, чуть растрепанным светло-русым волосам.

Антон нахмурился и отвернулся. Взял стакан с виски и двумя кубиками льда и сделал большой глоток.

– Лучше скажи, как твои панические атаки? Не прошли?

– Нет. Наоборот, случаются все чаще и чаще, – Максим потер лоб. – Не понимаю, что происходит. Внезапно, чаще всего вечером, меня охватывает непонятное чувство дикой тревоги. Оно переходит в безумный животный страх, хочется кричать, бежать, спрятаться. Начинает болеть голова. Я весь покрываюсь потом, меня трясет, тошнит…

– Ты рассказывал, можно без подробностей, – чуть брезгливо оборвал его Антон.

Алена хлебнула шампанское и расстроенно сообщила:

– Я продолжаю общаться с пациентами-добровольцами, которые были в группе с Максом. У них все в порядке. Они просто счастливы. Наслаждаются жизнью и телеэмпатией. Только у Макса такая хрень происходит. Мы получаем ежедневные отчеты о здоровье наших клиентов – никаких отклонений. Сделали Максу ряд дополнительных исследований – все показатели в норме. Непонятно, что это такое. Сан Саныч напрягся, когда я ему рассказала. Боится, что это результат нашего воздействия. Тормознул процесс оформления метода лечения. Просил, чтобы я держала его в курсе.

– Он мне звонил, – угрюмо буркнул Максим. – Теперь я снова отправляю ему отчеты, как раньше.

– Совершенно непонятное явление. И главное, не помогают ни обезболивающие, ни антидепрессанты, – покачала головой Алена и поставила бокал на стол.

Подошел Антон и налил себе еще Jameson.

– Я чего вас позвал, – негромко начал он. – Ко мне обратился Анатолий Григорьевич Брисец…

– Это кто?

– Тот самый спонсор наших исследований по лечению раковых опухолей?

– Именно. Очень богатый человек. Олигарх. Предлагает выкупить нашу технологию.

– А как он к тебе обратился? Неужели сам позвонил?

– Нет, конечно. Позвонил Сан Саныч. Расстроенный. Говорил, что сильно обеспокоен твоей проблемой, – он взглянул на Максима. – Рассказал, что взял еще одну группу для продолжения клинических исследований. Долго сетовал на новых сотрудников. Интересовался, не собираемся ли мы вернуться. Обещал, что организует нам собственное подразделение под крылом «Заслона». Потом сказал, что есть интересная информация. Переслал сообщение от Анатолия Григорьевича. С предложением покупки нашего бизнеса, подробностями и суммой сделки. Вот решил вас пригласить, спросить, может, продадим?

– Смешно.

Алена допила вино.

– Послал его?