Читаем Тебе больно? (ЛП) полностью

Он кивает, как будто пытается смириться с этим. Затем опускает голову со вздохом на секунду, прежде чем поднять ее обратно ко мне, что-то другое излучается из глубины его глаз.

— Ты — чертова сирена, а я — дурак, который с радостью утонет, лишь бы попробовать тебя на вкус. Умирай с голоду, мне все равно, bella — красавица, но сегодня я буду есть, и единственное, чего я хочу — это тебя.

Удивление путает мои мысли. Я моргаю, готовая попросить его повторить, чтобы убедиться, что я правильно его услышала, но когда открываю рот, он впивается своими губами в мои.

Он проглатывает остаток моих слов своим языком и зубами, заставляя меня молчать, пока он пожирает мои губы. От шока или инстинкта, я открываю рот и впускаю его внутрь, одной рукой упираясь в стол, а другой хватаясь за его шею.

Все мое тело загорается, как город после отключения электричества, мои нервы бьются электрическим током, когда он захватывает мои губы.

И с каждым движением его языка он стирает все те отвратительные чувства, которые накопились во мне. Он поглощает меня с такой силой, что я не знаю, как я могла поверить, что он перестал хотеть меня.

— Черт, — бормочет он мне в рот, прежде чем снова захватить мои губы. Его руки хватаются за обе стороны моего лица, скользят по моим волосам и вдыхают глубже.

Кажется, что мое сердце бьется прямо в груди, стремясь освободиться, чтобы убежать со своим любовником.

Мне не хватает кислорода, и я вынуждена отстраниться, но он не отпускает меня.

— Non ancora — Ещё нет, — хрипит он. — Мне нужно больше тебя.

Затем он снова притягивает меня к себе, и я забываю, почему вообще хотела дышать. Его язык чувственно скользит по моему, побуждая его к танцу, как будто они качаются под балладу о влюбленных.

Электричество пробегает по моему позвоночнику, и с каждым поцелуем я чувствую себя на грани воспламенения. Мы — идеальная буря, где он — гром, а я — молния.

Он хватает меня за бедра и грубо прижимает к себе, его твердый член оказывается между моих бедер. Он сглатывает стон, удовольствие излучается от того, как он вжимается в меня. Обхватив ногами его талию, я кручу бедрами навстречу его длине, желая большего.

Если я сирена, то он, должно быть, Посейдон, разгневанный бог, который повелевает моим телом, словно это океан под его кончиками пальцев.

Он вжимается в меня с такой силой, что стол скрипит, а ножки скрежещут о деревянный пол. В считанные секунды мы с ним сходим с ума от нужды.

К тому времени, как он отрывается от меня, я слепну от вожделения. Он прижимает меня плоской стороной к дереву, а другой рукой разрывает нижнюю часть моего бикини, ниточки легко распутываются.

Одним движением он поднимает мои бедра, закидывает мои ноги себе на плечи и заползает на стол, моя спина скользит по гладкой поверхности. Еще один вздох едва успевает сорваться с моих губ, прежде чем его рот опускается на мою киску, отнимая у меня остатки кислорода.

Я снова прижимаюсь к нему, закатывая глаза, когда его язык проникает внутрь меня. С рычанием он распластывает свой язык и облизывает всю мою киску, и я теряю себя, когда он лижет и сосет, проводя языком по моему клитору, прежде чем втянуть его в рот.

— Энцо! — кричу я, мои руки ныряют в его волосы, хотя они все еще слишком короткие, чтобы ухватиться за них как следует. Вместо этого я скребу ногтями по его коже головы, и он рычит в ответ, вибрации только усиливают удовольствие, которое извлекает из-под своего языка.

Он пирует на мне, как человек, застрявший на острове, лишенный пищи, и я — единственное, что осталось съесть.

Оргазм подкрадывается то медленно, то сразу, как кошка в джунглях, набрасывающаяся на свою добычу после долгого преследования.

Энцо вводит в меня два пальца и глубоко загибает их в тот самый момент, когда я кончаю. Я не успеваю подготовиться к этому, и блаженство прорывается сквозь меня, прежде чем я успеваю сделать еще один вдох.

Едва я чувствую, как крик вырывается из моего горла, а мое зрение поглощают яркие вспышки цвета и света. Мне кажется, что моя душа вырывается из тела, а рука Бога несет меня на небеса.

Но вечно настойчивый дьявол борется за контроль над моей изломанной душой, возвращая меня на землю и пропуская между своими зубами.

Только когда мое зрение проясняется, я понимаю, что мои бедра промокли, а лицо Энцо — еще больше.

— Как ты продолжаешь заставлять меня делать это? — я задыхаюсь. Он не первый мужчина, который опускается на меня и доводит меня до оргазма, но я чувствую себя как гребаная собака Павлова, и каким-то образом ему удалось приучить мою киску пускать слюни по его команде.

— Ты прирожденная, детка. Просто никто не нажимал на нужные кнопки, — говорит он, слезая со стола и увлекая меня за собой к краю.

Я жду, что он снимет свои шорты и трахнет меня, но вместо этого он хватает меня за руки и рывком поднимает меня в вертикальное положение, и мой вздох срывается с моего языка и перетекает на его губы, которые находятся всего в нескольких дюймах от моих.