Читаем Театр. Том 2 полностью

Как ни наметан глаз, порою невозможноСуть важных дел прозреть за видимостью ложной.К тому же быть могу несправедлива я,Затем что застит взор мне ненависть моя,И, как все женщины, руковожусь я мненьем,Составленным себе под первым впечатленьем.Да, Фока полн к тебе любви, но это — яд.Хоть жалость в сердце те, чей дух высок, таят,Не заслужил ее наш общий притеснитель:Будь даже вправду он законный твой родитель,В его преступности у нас сомнений нет.Чего б ты от него ни ждал — щедрот иль бед, —Тираном все равно он быть не перестанет,Затем что сердце вновь и вновь твое тиранитИ, выполнить тебе мешая долг святой,На путь бесчестия влечет тебя с собой.В сомненьях пребывай, лишь будь врагом тирану,Но и в тебе теперь я сомневаться стану,Чем с деспотом в борьбе тебя же поддержу:Его запутаю, тебе не поврежу.Твой друг иль ты мне брат — лишь небесам известно;Обоим вам сестрой быть в равной мере лестно,И сделать я могу, увы, одно сейчас:Дрожать за каждого, любя обоих вас.Но не утратила досель я упованья.Слух при дворе идет, что в городе восстанье,Что битву Экзупер мятежникам даетИ что судьбу всех нас решит ее исход.Тсс! Вот и Фока.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Те же, и Фока, Маркиан, Октавиан, стража.

Фока.

Ну, готов он покориться?

Пульхерия.

Советовала я царевичу открыться,Но он себя, как я предвидела, повел:В нем брата я нашла, ты сына не обрел.

Фока.

За счет мой небеса тебя обогатили.

Пульхерия.

Вернее, от меня несчастье отвратили,Затем что брата я утратила бы вновь,Будь ясно, в ком твоя, а в ком чужая кровь.

Фока(Пульхерии).

Обоих погубить неясность эта может,И брат твой сам себя и друга уничтожит,Коль не сознается, в ком кровь течет моя,Чтоб ради сына дал врагу пощаду я.

(Ираклию.)

Неблагодарный! Я в последний раз взываюК тебе, в ком кровь свою невольно прозреваю,К кому я всей своей природою влеком,Тогда как кажется мне друг твой чужаком.Ужель печаль моя тебе не доказала,Сколь прочная любовь меня с тобой связала?Подумай, как с пелен отцу ты дорог был,Как смело у врагов твой друг тебя отбил.Ты — наш должник.

Ираклий.

И долг отдать я не премину:Мой друг получит вновь свой сан, а Фока — сына.

Фока.

Упорством лишь убьешь ты сына моего.

Ираклий.

Я сам умру, чтоб ты опять обрел его.

Фока.

За что ты сыном быть не хочешь мне, жестокий?

Ираклий.

Назвав его, вернул уже я сына Фоке.

Фока.

Нет, отнял, в душу мне сомненье заронив.

Ираклий.

Нет, возвратил, твою ошибку разъяснив.

Фока.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Берег Утопии
Берег Утопии

Том Стоппард, несомненно, наиболее известный и популярный из современных европейских драматургов. Обладатель множества престижных литературных и драматургических премий, Стоппард в 2000 г. получил от королевы Елизаветы II британский орден «За заслуги» и стал сэром Томом. Одна только дебютная его пьеса «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» идет на тысячах театральных сцен по всему миру.Виртуозные драмы и комедии Стоппарда полны философских размышлений, увлекательных сюжетных переплетений, остроумных трюков. Героями исторической трилогии «Берег Утопии» неожиданно стали Белинский и Чаадаев, Герцен и Бакунин, Огарев и Аксаков, десятки других исторических персонажей, в России давно поселившихся на страницах школьных учебников и хрестоматий. У Стоппарда они обернулись яркими, сложными и – главное – живыми людьми. Нескончаемые диалоги о судьбе России, о будущем Европы, и радом – частная жизнь, в которой герои влюбляются, ссорятся, ошибаются, спорят, снова влюбляются, теряют близких. Нужно быть настоящим магом театра, чтобы снова вернуть им душу и страсть.

Том Стоппард

Драматургия / Драматургия / Стихи и поэзия