Читаем Татуировка полностью

Издательство удивило Агнию обилием охранников. Автоматчики в камуфляже сидели даже на втором этаже лестницы за перегородкой, и когда она увидела, что их камеры показывают восхождение любого посетителя по ступеням, с досадой подумала, что если бы об этом знала, поднималась бы легче, изящнее, без напряжения на лице. Показывать паспорт с листочком, выписанным в бюро пропусков, ей пришлось трижды.

Наконец она взобралась на нужный этаж. У нее были в запасе еще пять минут. Как раз, сколько нужно, чтобы успокоилось дыхание после подъема по крутой лестнице. При входе на этот этаж на стене висело большое зеркало — в полный рост. Лучше бы она туда не смотрела. Голова выглядела отвратительно неухоженной. На ней было платье, которое она у, решила надеть для важного разговора. Оно ей шло — элегантное, в меру строгое. Агния купила его в последний парижский день в большом дешевом магазине на Монмартре. Таких платьев в том магазине висел целый ряд. Так сказать, французский масспошивторг. Но это в Париже. А здесь или, по крайней мере, в Петербурге оно было единственным. Но теперь, при жуткой голове, она и в нем выглядела не как высокообразованный искусствовед, а как базарная бабища. Платье сидело на ней, словно украденное с чужих плеч. Агния уже собралась отойти от зеркала и вдруг с ужасом увидела громадную дырищу на колготках, на правой ноге. Колготки она, естественно, взяла новые. И надела их только в поезде утром. А дырища… Агния теперь вспомнила, когда могло это произойти. Всего минут пятнадцать назад, когда она выходила из метро, прямо на нее и на тех, кто был рядом, попер здоровенный краснорожий мужик с двумя чемоданами. На мужика даже кто-то прикрикнул, чтоб он был осторожнее. Но один из чемоданов пришелся как раз ей по ноге. И Агния тогда уже с ужасом подумала о колготках. Но взглянула и вроде бы убедилась, что все в порядке. А теперь оказалось, что в порядке не все.

— Деловая женщина всегда должна носить при себе зубную щетку и запасные колготки, — учила ее главный редактор еще той старой газеты, куда она в девятьсот мохнатом году пришла после университета.

По крайней мере с этим Агнии всегда как-то везло. И вот, пожалуйста. Можно сказать, поворотный момент судьбы, а в результате страшная голова дополнена еще и ногами… Если бы оставалось хотя бы минут двадцать, чтобы спуститься на улицу к киоску у метро. Но этих минут у нее не было. Да и денег ведь тоже не было. К тому же второй раз ей наверняка не выдадут пропуск. Скажут: «Мы уже вам выписали». И тогда придется узнавать местный телефон главного редактора, дозваниваться к ней, а она может, не дождавшись, уйти.

Агния продолжала потерянно стоять у зеркала, не решаясь сделать новый шаг. Мимо нее, быстро поднявшись по лестнице прошла какая-то деловая дама. Дама держала около уха трубку, и Агния услышала, как она сказала собеседнику довольно решительным деловым голосом:

— Нет, только не сейчас, сейчас я жду автора из Ленинграда — и не успела Агния подумать о том, что это говорят именно о ней, как дама, приостановившись у ближней двери, взглянула на нее и спросила: — Агния Евгеньевна?

— Да, это я, — подтвердила Агния не своим голосом.

— Простите, я заставила вас тут ждать несколько минут. У директора были вопросы…

И Агния, входя следом за нею в кабинет и стараясь поворачиваться тем боком, где колготки были целыми, все же мгновенно почувствовала, что это, так сказать, человек ее тусовки: наверняка филфак и прежняя работа в большом государственном издательстве.

— От кофе не откажетесь? У нас хороший кофе, — главный редактор улыбнулась одновременно и доброжелательно и по-деловому, сразу же предложив удобное современное пластмассовое кресло напротив себя, чуть ближе к углу стола. — Или

чай? Хотите с бергамотом?

Агния придвинула к столу ногу так, чтобы дыра была незаметна. Обычно она пила кофе, но тут решила проявить скромность и остановилась на чае.

— Манюша, принесите быстренько чай, — попросила главный редактор кого-то по внутренней связи и снова повернулась к Агнии. — До того, как вас пригласить, я просмотрела ваши театральные публикации…

И Агнии показалось, что главный редактор сказала это как-то странно. «Сейчас объявит, что передумали», — с тоской подумала она и несмело выдавила:

— И как они вам?

— Понравились. — Дама снова улыбнулась. — Иначе бы я вас не позвала. Проект договора готов, сейчас мы внесем в компьютер ваши реквизиты и распечатаем. Редактор вашей серии у нас заболела, поэтому сегодня мне приходится заниматься всем. Да, я не помню, называла ли свое имя и отчество. Меня зовут Людмила Серафимовна… Людмила Серафимовна Боголюбова.

— Но перед тем как подписывать договор… — начала Агния фразу, которую много раз репетировала, готовясь к поездке.