Читаем Татьяна полностью

– Воля у тебя железная, конечно, – Вадим говорил это в сторону кассы, куда повернул голову. – Ты ведь легко отказываешься даже от того, без чего, вроде бы, только что жить не хотела. Похвально. У меня тоже вызывает зависть.

Он снова посмотрел на нее, только теперь холодным взглядом. Девушка сильнее сдвинула брови, вспомнив их разговор на свадьбе Дэна и Алисы. Грудь тяжело вздымалась. Сердце опять заскулило. Челюсти сжимались, чтобы отвлечь от боли, нарастающей во всем теле. Проснулось чувство вины и разбудило следом обиду.

– Несправедливо, – процедила она, зажав в правой руке большой палец левой. – У меня даже времени подумать не было.

Вадим бросил недоуменный взгляд, но кассир привлекла его внимание громким «Здравствуйте!». Татьяна выбралась из очереди, отойдя метра на два от кассового стола. Пока парень расплачивался, она боролась с кишащими чувствами, бьющими по стенкам души изнутри, медленно закрывая и открывая глаза, не расслабляя морщинок на лбу и стиснутые зубы.

– Идем, – прошел он мимо к выходу.

Девушка нехотя подалась следом. Они зашли в соседний магазин. Она бессмысленно перебирала вещи одну за другой, чтобы не дать эмоциям поглотить разум. Парень шуршал пакетом позади, тоже что-то разглядывая на стеллажах. Когда Татьяна оценивала черное классическое мини, подняв его над собой и схватив за подол, Вадим подбежал с блейзером насыщенно-лимонного цвета.

– Я знаю, что тебе понравится, – расплылся он в довольной улыбке, протягивая пиджак.

Девушка окинула быстрым взглядом предложение и, приняв его, вместе с платьем приложила блейзер к груди перед зеркалом. Она тоже завертелась, как до этого делал Вадим, и тихо промычала, довольная нарядом. Парень быстро смотался в соседний отдел и вернулся с желтым кружевным бюстгальтером.

– И вот это под пиджак, – он широко ухмыльнулся.

Татьяна покосилась на него недовольно.

– Я же на деловую встречу иду, а не на кастинг гоу-гоу! – вспылила она, отпихнув рукой непристойное предложение.

Парень разочарованно опустил уголки губ.

– А че, мать всегда на переговоры откровенно одевается. Не знаю, конечно, на что она рассчитывает больше: через секс получить бизнес или через бизнес получить секс. Ей обычно и то, и то удается.

Татьяна посмеялась. Он заулыбался.

– Пойдем, посмотришь на меня, – она указала на примерочные кабинки за стеллажами с обувью.

Девушка ушла в самую дальнюю, которая закрывалась на плотную штору, висящую над полом сантиметров на двадцать. Занавеска закрывалась плохо. С обоих боков любой при желании мог бы подсмотреть, поэтому она попросила Вадима прижать штору к тонким стенкам примерочной. Он безропотно согласился.

– Мать со мной поделилась вашим бизнес-планом, – говорил парень из-за портьеры, но слышно было так, будто он стоял над Татьяниной головой.

Она расстегивала рубашку перед зеркалом, глядя на свое отражение. Внизу нарастало желание снять с себя абсолютно все и затащить Вадима в примерочную. Воспоминания о последнем сексе в лифте предстали перед глазами, поощряя раздувшееся возбуждение. Но из соседней кабинки послышались веселые голоса двух подружек, с другой стороны – сердитое ворчание пожилой женщины на собственного мужа, а напротив – детский смех. Пришлось себя усмирить.

– Я в школе лучше презентации делал, – усмехнулся он.

– Ну вот и сделал бы! – проворчала она, натягивая тугое платье через голову.

– А я сделал. Оформил презентацию. И простенькие скетчи интерьеров набросал.

Натянув платье до колен, девушка увидела протянутый из-за шторы смартфон с яркой картинкой на экране. Она взяла его и присмотрелась. Перед ней высветился слайд, где все было написано как будто от руки черным по белому красивым почерком с легкими заметками-скетчами по краям. Картинки выводились словно чернилами и явно не были взяты из интернета. Кажется, Вадим все нарисовал сам, потому что они идеально подходили к идее.

На слайдах изображались наметки интерьеров будущего бара или отдельные его персонажи: огромный дуб, внутрь которого поместилась оценка аренды и ремонта помещения, русалка, которая рассказывала про инвестиции в рекламу, кот ученый, вещавший о штате и фонде заработной платы и другое. Все вместе казалось небрежным пятиминутным наброском, но при этом очень стильным. Отсутствие цветов, которые Татьяна в своей презентации пыталась специально подобрать, чтобы попасть в настроение инвестора, здесь, наоборот, было преимуществом и не позволяло фону переманивать фокус внимания на себя. Лучше сделать было нельзя. Она сначала хотела обозлиться на то, что он специально выпендривается, унижая ее работу, но решила сдаться его таланту сразу.

– Прикольно, – сломленным тоном протянула девушка. – Много времени потратил?

– Ну, да, целых два часа убил, наверно, – без обиняков ответил Вадим.

Татьяна выпала в осадок, разинув рот. Ущемленное чувство гордости вспыхнуло в груди. Целый день ее работы ушел в никуда. Она поджала губы, чтобы не дать пламени злости и зависти вырваться наружу.

– Ты рисуешь, как дышишь, – проговорила девушка с едва слышимой ноткой обиды.