Лицо барда выражало тревогу. Тарен помолчал, размышляя. Он точно знал, что надо делать, но не мог собраться с духом и судорожно пытался придумать другой план. Не страх лишиться жизни останавливал его; Тарен боялся разделить участь Доли. Тогда он не достигнет цели нынешнего путешествия и, хуже того, навсегда останется пленником в теле какой-нибудь жалкой зверушки.

Он опустился на колено рядом с Доли.

– Ты останешься здесь. Ффлеуддур и Гурги о тебе позаботятся. Скажи мне: как найти Морданта?

Глава восьмая

Колючая стена

Доли устало дернул лапками и что-то протестующе проквакал, однако что ему оставалось, кроме как согласиться? Карр взлетела на плечо Тарену, и он пешком двинулся через лес. Следом вприпрыжку бежал Гурги, который все же увязался за Тареном.

Некоторое время спустя Тарен замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Кусты терновника плотно сплетали ветви, образуя непроходимую преграду. Тарен понял – он нашел то, что искал. Высокие кусты росли так плотно не случайно. То была живая стена почти в два человеческих роста, ощетинившаяся шипами, острыми, словно когти гвитантов. Тарен вытащил меч и попытался прорубить проход в непролазных зарослях.

Ветви были крепкими, как сталь. Тарен притупил свой меч и совершенно выбился из сил, а всего-то и добился, что вырубил узкую щель, к которой приник лицом, но увидел лишь что-то вроде груды валунов средь зарослей бурьяна. То, что поначалу представлялось звериным логовом, оказалось грубой, крытой дерном приземистой хижиной. Никакого движения, никаких признаков жизни заметно не было. Тарен даже подумал: не оставил ли колдун свое убежище и не опоздали ли они? Эта мысль его обеспокоила.

– Доли каким-то образом сумел сюда проникнуть, – пробормотал Тарен, покачивая головой. – Но он куда ловчее меня. Должно быть, нашел другую лазейку. Если мы попытаемся перелезть здесь, то нас сразу заметят.

– Или схватят злые колючки-закорючки, – испуганно прошептал Гурги. – О, смелый Гурги не любит перелезать через стены, когда не знает, что его за ними ждет.

Тарен снял ворону с плеча.

– У Морданта наверняка есть свой проход, брешь в колючках или даже тоннель. Попытайся найти его, – сказал он, подбрасывая Карр в воздух, – найди его для нас, верная подружка.

– И поспеши, – вставил Гурги, – но только оставь свои шутки и глупки!

Бесшумная, как сова, ворона покружила над колючей стеной и исчезла из виду. Тарен и Гурги, притаившись в тени, остались ждать ее возвращения. Время шло. Солнце опустилось за деревья. Сгустились сумерки, а Карр все не было. Хоть она и любила поразвлечься и пошутить, но все же понимала серьезность поручения. Тарен был уверен, что не беспечный каприз задержал ее.

Наконец Тарен решил больше не ждать. Он подошел к колючему забору и осторожно полез вверх. Ветки корчились, словно змеи, злобно царапали лицо и руки. Казалось, терновник нарочно ему мешает. Снизу доносилось пыхтение Гурги, которого шипы кололи даже сквозь густую шерсть. Тарен остановился перевести дух и подождал Гурги. До верха живой изгороди уже почти можно было дотянуться рукой.

Вдруг ветки зашуршали, и на руке Тарена затянулась петля. Он вскрикнул и в тот же миг услышал визг Гурги, который тоже был опутан по рукам и ногами. Склоненное над ними молодое упругое деревце распрямилось, утягивая на веревках обоих пленников. Тарен почувствовал, как его силой вырвали из колючих зарослей и на тонком крепком канате подняли над живой изгородью. Теперь он понял те непонятные слова, которые обрывками вылетали из пересохших губ Доли: добушди и забадди. Ловушки и западни – вот о чем пытался предупредить карлик! Тарен упал, и тьма накрыла его.

Костлявая рука схватила Тарена за горло. В его ушах задребезжал металлический голос, будто лезвием кинжала скребли по камню.

– Кто ты? – повторял голос. – Кто ты?

Тарен попытался вырваться, но обнаружил, что руки у него скручены за спиной. Рядом жалостливо хныкал Гурги. Голова у Тарена кружилась и гудела. Свет оплывшей свечи резал глаза. Когда зрение немного прояснилось, он увидел перед собой тощее лицо цвета сухой глины. Глаза, сверкающие, как две бесцветные льдинки, глядели на него из-под нависшего лба, будто из глубины темного колодца. Голый, без единого волоска, череп незнакомца слабо поблескивал в мерцающем свете свечи. На этом застывшем лице жил только рот – узкий, словно шрам, густо прошитый морщинами.

– Как ты прошел сюда? – вопрошал Мордант. – Что ты у меня здесь ищешь?

В полутьме Тарен мог разглядеть немногое. Он окинул быстрым взглядом комнату с низким потолком, заметил потухший очаг. Сам он лежал в углу, притиснутый к низкой стене. Гурги распростерся на каменной плите пола рядом с ним. Тарен увидел и Карр, запертую в плетеной ивовой корзине на широкой дубовой плахе. Он окликнул птицу.

– Ага, – встрепенулся колдун, – значит, эта ворона твоя? Она попалась в одну из моих ловушек, как и ты. Никто не может сюда войти без моего ведома. Впрочем, это ты уже узнал. А теперь я хочу узнать немного больше о тебе.