Читаем Танцующие в темноте полностью

Он показался ей таким огромным , когда вошел в нее, и ей стало больно, но боль вскоре прошла, превратившись в нечто такое, что невозможно описать словами, потому что нет таких слов…

Все завершилось жарким, яростным извержением, взрывом, после которого они почувствовали себя выжатыми и опустошенными, и теперь Фло вдруг ясно поняла, что родилась на свет только для того, чтобы ее любил Томми О'Мара.

— Господи, Фло! — хрипло выдохнул он. — Так хорошо мне еще ни с кем не было. — Спустя какое-то время он начал приводить ее одежду в порядок. — Одевайся, любимая, а то простудишься.

Фло прижала палец к его чувственным губам, ощущая, как ее любовь к нему струится по руке.

— Я люблю тебя, Томми.

— Я тоже люблю тебя, девочка.

Сверху донесся слабый гул голосов: Марта и Салли проснулись. Фло быстро встала с кресла, чтобы приготовить им чай. Направляясь в кухню в задней части дома, она сделала пируэт. Она всегда была счастлива, но с той самой ночи в парке «Мистери», когда она танцевала в темноте с Томми, счастье ее просто переполняло.

Они с Салли провели чудесный день в Нью-Брайтоне. Прокатились на ярмарочной площади на всех аттракционах подряд, даже на детских каруселях. Потом Салли жаловалась, что ее тошнит, но, вероятнее всего, причиной недомогания стала рыба с чипсами, за которой последовал гигантский рожок мороженого с клубничным сиропом. Но она быстро пришла в себя на пароме, на котором они возвращались домой и где познакомились с двумя моряками, пригласившими их в кино. «Почему ты прогнала их?» — пожаловалась Салли, когда они уже ехали на трамвае к себе, на улицу Вейвертри.

— Мне не понравился этот Питер, — ответила Фло. Собственно говоря, оба моряка оказались довольно приятными парнями, но в восемь часов предстояло свидание с Томми. Она чувствовала бы себя предательницей, если бы пошла с другим мужчиной.

— А мне пришелся по душе Джок. — Салли вздохнула. Ее нельзя было назвать ни красавицей, ни уродиной, она пошла в отца, эта девушка с аккуратно уложенными волосами и карими глазами. С тех пор как почти два месяца назад она ходила на последнее свидание с Брайаном Малони, у нее никого не было.

Фло жалела, что так жестоко обошлась с моряками. Если бы не Томми, она с радостью согласилась бы встретиться с ними еще раз.

— Ты дала Джоку свой адрес, Сал. Может быть, он напишет, — с надеждой сказала она.

— Куда это ты собралась? — требовательно спросила Марта, когда тем вечером Фло, принарядившись, спустилась вниз.

— Я собираюсь повидать Джози.

Джози и не подозревала, что они с Фло стали лучшими подругами с тех пор, как на сцене появился Томми. Она встречалась с Джози два раза в неделю, по понедельникам и пятницам. Джози страшно удивилась бы, узнай она о том, что собирается постричься в монахини и что ей нужна добрая душа, которой она могла бы излить свои самые сокровенные мысли, утверждаясь в принятом решении.

Глаза Марты за толстыми стеклами очков светились подозрительностью.

— Зачем это ты надела красный обруч, если собираешься всего лишь в гости к Джози?

— Я купила ленту в Нью-Брайтоне, — высокомерно ответила Фло.

— Выглядит очень красиво, — отозвался Альберт Колквитт, сидя за столом и попивая чай.

— Я тоже так думаю, — согласилась мать.

Марта сдалась.

— Смотри, не задерживайся допоздна.

— Приятного всем вечера, — пожелала им Фло, захлопывая за собой дверь. Альберт недавно приобрел радиоприемник, и все собрались вместе послушать пьесу. Мама запаслась двумя бутылками «Гиннеса», чтобы «подкрепиться», хотя с тех пор, как потеплело, она стала чувствовать себя лучше. Фло содрогнулась при мысли о том, что ее сестры сидят сейчас в комнате Альберта на диване, на котором он спит. Не лучший способ для двух молодых девушек провести вечер выходного дня!

— Мне нравится твой обруч, — сказал Томми.

— А мне нравится твой галстук, — пропела Фло.

— Мне нравится твое лицо, твои глаза, твои губы. Мне нравится в тебе все!

Он подхватил ее на руки и закружил, пока они не свалились, смеясь, на траву и он принялся страстно ее целовать.

— Еще совсем светло, — пробормотала Фло.

— Правильно. — Он снова поцеловал ее и погладил по груди.

— Нас могут арестовать, и об этом напишут в «Эхо».

— Ну и что?

— Мне тоже все равно, — хихикнула Фло, — но мама будет недовольна, а Марту хватит удар. Нэнси это тоже не понравится.

— Нэнси придется проглотить это. — Тем не менее он сел и пригладил свои непокорные вихры.

Фло никогда не говорила ему, что видела Нэнси. Однажды, зная, что он на работе, она отправилась на Клемент-стрит, неподалеку от Смитдаун-роуд. Это оказалась респектабельная улица с двухэтажными домиками на две семьи. В то утро оконные стекла сияли чистотой, а ступеньки были выскоблены до блеска. Фло остановилась на другой стороне улицы, напротив дома номер восемнадцать.