Читаем Танкист-4 полностью

Прежде чем спуститься на грузовую палубу, Виктор завернул в свою каюту. Соседей уже не было, скорее всего покинули её заблаговременно, чтобы потом не носиться как угорелому. Ведь ясно же к чему всё идёт.

Облачился в бронежилет, надел сбрую, на голову шлем сферу. Экипировка не та, которой он пользовался в Китае. Там защита была куда серьёзней, правда и тяжесть, что у твоего полного средневекового доспеха. Но сейчас ему не только из башни торчать буем, но ещё быть может и бегать придётся, так что и броня гораздо легче.

Поясной ремень с подсумками, кобурой с «Вепрем» и ножнами с тесаком. Наконец подхватил АГС-37, автомат Горского складной, модель тридцать седьмого года. Отличное оружие, со складным прикладом. Вообще-то, офицерам положен укороченный вариант, но Нестеров предпочитал полноразмерный. Он вообще без дальнобойного оружия чувствовал себя не очень.

От «Горки» пришлось временно отказаться, передав её на хранение старшине. Что ни говори, а ресурс у винтовки не бесконечный, Нестеров же собирался прожить долго. Очень долго. А потому стоит поберечь артефакторное оружие для более серьёзных моментов.

Экипировавшись Виктор спустился на грузовую палубу сплошь заставленную боевой техникой. За ней, ближе к корме разместились автомобили обеспечения выполненные в виде амфибий. Грузовики способны нести до трёх тонн груза, полностью загружены в готовности доставить на берег первую волну боеприпасов и снаряжения. Они выдвинутся как только будет захвачен плацдарм.

Личный состав под присмотром взводных снимал с БМП транспортировочные крепления и занимал свои места в машинах. Ротные же собрались у командно-штабной машины, на базе всё того же основного танка, разве только без башни. Из вооружения только крупнокалиберный пулемёт на турели, да картечница в лобовой броне. Задача КШМ обеспечивать руководство, а не непосредственное участие в бою.

— Итак, товарищи офицеры, повторенье мать ученья. Первая рота, высаживаетесь западнее, ваша задача захват складов ГСМ и аэродрома. Желательно, при минимальных материальных потерях, но если столкнёшься с упорным сопротивлением, не стесняйся, — обратился Любимцев к Нестерову.

— Есть, — коротко ответил тот.

— Вторая и третья роты, под моим непосредственным командованием атакуем укрепрайон у военного городка. После их захвата двигаемся дальше на город с запада. Вопросы? Вопросов нет. По местам, товарищи офицеры.

В общем и целом, ничего нового. План захвата Корсакова, никто и не думал называть его на японский манер, уже давно проработан в деталях. Так что, сейчас следовала всего лишь окончательная постановка боевой задачи, в общих чертах и без какой-либо конкретики.

— Товарищ капитан, рота к десантированию готова, — едва Виктор приблизился к своему БМП, доложил его зам.

— Ну что, Вениамин Петрович, нервничаете? — ободряюще подмигнув, спросил Нестеров.

— У всех это когда-то было в первый раз, — улыбнувшись, произнёс поручик, прежде служивший в стрелковом полку.

— Всё правильно. Главное делать всё как на учениях, — хлопнул его по плечу Нестеров, и полез в машину.

В роте всего десять БМП, по три во взводах и одна непосредственно под руководство роты, выполняющая роль КШМ. Только в отличии от машины комбата, это вполне себе стандартная боевая единица. Отличия лишь в десантном отсеке, где установлен планшет с картой и командирский телескопический перископ поднимающийся на высоту в четыре метра и имеющий круговой обзор.

Виктор забрался в десантный отсек через задний трап, и разместился на командирском месте. Взгляд непроизвольно скосился в сторону места командира машины, занятое старшим унтером.

М-да. Даже когда Нестеров командовал танковой ротой в Китае, он совмещал обязанности командира танка и действовал всё больше в боевых порядках. К руководству подразделениями мотопехоты подход совершенно иной. Как впрочем отличается и тактика ведения боя, не сравнимая с взаимодействием танкового десанта, который придан для поддержки машины, а не является одним подразделением.

Наконец вновь заголосили ревуны и створки носовых ворот подались в стороны. Щель начала быстро расширяться, впуская на сумрачную грузовую палубу дневной свет. Виктор опустил к глазам панораму и нажав на кнопку на правой рукояти, приподнял перископ на метр, так, чтобы он всего лишь возвышался над башней. Пока вполне достаточно. Нужно будет больше, всегда можно выдвинуть ещё.

— «Окунь» сто первый, ответь «Ёршу» четыреста первому, — послышался в головных телефонах голос комбата.

— На связи, «Окунь» сто первый, — ответил Нестеров.

— Сто первый, начать высадку.

— Есть начать высадку, — переключил частоту на ротную, — Внимание, «Окуни», запустить двигатели, активировать «Облегчители».

Командиры взводов продублировали приказ, после чего снаружи послышалось подвывание десятка стартеров, сменившееся рёвом запускаемых двигателей, а затем равномерным рокотом дизелей.

— Сто десятый, сто первому.

— На связи сто десятый.

— Начать движение.

— Есть начать движение.