Читаем Танго втроем полностью

– Я узнаю тебя и не узнаю одновременно. Знаю, что это ты на сцене, но кажется, как будто это какая-то другая женщина, незнакомая.

– Потому что это не я, мама! Это Ирина!

– Ирина, – неуверенно повторила за мной мама.

Маму я очень любила, но понимания между нами не было. Мама считала, что женщина должна иметь нормальный дом, мужа, детей, семью. У нее всего этого не было – муж оставил ее, когда я была еще совсем маленькой. Поэтому так сильно она желала, чтобы у меня была семья. А в моей нынешней жизни, по ее мнению, все было плохо – ни профессии толковой, ни приличного мужа.

– Вот появятся у тебя дети. И что, они будут звать его «дедушка»?

«Дети! – подумала я тогда. – У него уже есть дети».

Прямо от Дарека я поехала на очередную репетицию, на сей раз на ней должны были присутствовать Зигмунд и его студентка. Все повторяется. Я тоже играла в постановке, еще учась в театральном. С той только разницей, что получила одну из главных ролей, в то время как у нее была крохотная и лишь в одном эпизоде. Всего лишь один выход, во время которого она, выглянув в щелку между полотнищами занавеса, говорит: «Войдите в положение, господа… разъезд, господа… спектакль окончен…» «Войдите в положение, господа, – мысленно повторила я. – А кто войдет в мое положение?..» Я все еще чего-то боялась, эйфория сменялась внезапным страхом. Вдруг ничего не получится?.. Или если получится, то в корне изменит жизнь нас троих? А что, если Зигмунд вернется к бывшей жене, ведь теперь она станет звездой, сенсацией сезона, а он обожает покрасоваться в свете софитов с очередной модной актрисой. После моего нашумевшего дебюта я стала популярной, режиссеры наперегонки делали мне заманчивые предложения. Совсем недавно один из них обратился ко мне с предложением сыграть в «Мастере и Маргарите». Мне было известно, что он хочет сделать сценическую адаптацию этого романа – он не раз говорил об этом в интервью.

– Ты слишком молода для роли Маргариты, – сказал Зигмунд.

– А он уверен, что я способна сыграть все.

– Ну, это бесспорно, но мы не знаем еще, удастся ли ему инсценировка. Этот роман достаточно сложен для театральной постановки.

– Тем интереснее задача для актера.

– Для актрисы, – с кислой миной машинально поправил он меня.

Когда я пришла в театр, Зигмунда еще не было, опять, наверное, примчится в последнюю минуту. Не было и Эльжбеты. Ее отсутствие сразу изменило мое отношение и к ней, и к нему. Теперь я боялась за нее. Боялась, что Зигмунд отговорил ее от участия в спектакле, убедил, чтобы она отказалась от роли, поэтому ее здесь и нет. Я почувствовала огромное облегчение, когда заметила, как она входит. Теперь мы ждали только Зигмунда, а я украдкой подсматривала за Эльжбетой и все думала, кем для меня стала эта женщина. Почему я так старалась, чтобы она вернулась на сцену? Ведь я ее совсем не знала. Тысячи мужчин женятся во второй раз, и никому из их новых избранниц не придет в голову заниматься судьбой предыдущей жены. Я не обязана была к ней приходить. Но пошла. Зачем? Она меня тоже об этом спрашивала. Мне кажется, что кто-то свыше запланировал нашу с ней встречу и разыграл эту пьесу, не спросив нас обеих. Видно, так было предопределено, что в один прекрасный день я отправлюсь к ней и эта встреча кардинально повлияет на наши судьбы. По-другому я не могу сейчас этого объяснить… Как не могу объяснить и моего упорного желания, чтобы она сыграла Мадлену…

Наконец появился Зигмунд со своей подопечной. Она показалась мне не особенно интересной внешне. Но наверняка эта девушка талантлива – Зигмунд старается окружать себя только талантливыми студентками. Началась репетиция. Зигмунд произнес:

– Воды!

А Эльжбета – свои слова:

– Скорее! Король аплодирует!

Все читали текст, стараясь не смотреть друг на друга.