Читаем Танго в дождливом городе полностью

Мы всегда останавливались в одной и той же недорогой гостинице совсем рядом с вокзалом, и она об этом знала, так что номер наверняка там и забронирует. Турнир для нас начнется только в субботу, сегодня еще четверг, так что лично у меня будет почти двое суток, чтобы вдоволь нагуляться по Питеру, пусть даже там дождь. Конец мая, уже тепло, а дождь… ну, что такое дождь – вода с неба? Переживу.

Иван натянул на лицо капюшон спортивной кофты и откровенно захрапел, а я решила размять затекшие ноги и встала.

– Куда? – мгновенно отреагировал партнер, хотя секунду назад, казалось, крепко спал.

– В туалет! Со мной хочешь?

– Ладно, иди.

– Ой, спасибо, благодетель! – съязвила я, направляясь к лестнице, ведущей в полуподвальный этаж, где находились туалеты и даже была оборудована курилка.

Меня не покидало какое-то странное предчувствие неприятностей, даже сигарета не смогла отвлечь от этого. Я не очень хотела лететь на этот турнир – ныла травмированная не так давно спина, программа еще не совсем обкатана, мы только недавно изменили все вариации в танцах. Но Ванька был неумолим – едем, и все тут.

– Зря, что ли, столько денег в костюмы вбухали?

Это было последним аргументом, и я сдалась. Собственно, пошив костюмов с некоторых пор стал для меня делом приятным – занималась этим в основном Марго, рисовала эскизы, подбирала ткани. Мне оставалось прилететь в Москву и сходить с ней пару раз в ателье для заказа и примерок, а потом Марго просто высылала мне готовый костюм при помощи службы доставки. Обладавшая тонким вкусом Марго выстроила мой имидж так, что на паркете меня было видно сразу, в любой толпе, при любом количестве пар. Мы обрели индивидуальность, стиль, дополнив имевшийся у нас собственный танцевальный почерк, и это в целом пошло нашей паре только на пользу.

Поднявшись из полуподвала снова в накопитель, я решила немного побродить и размять ноги – сидеть придется еще очень долго, это не слишком полезно для мышц. И первый, кого я увидела, завернув зачем-то в небольшой отдельчик, где торговали нашими местными сувенирами, оказался мой супруг Константин Айвазович Кавалерьянц.

Он стоял в окружении троих своих подручных и выбирал какую-то ерунду. Обернувшись на стук каблуков – ну, а как же, по-прежнему не может пропустить ни одной юбки! – Костя увидел меня и широко улыбнулся:

– Не ожидала, дорогая?

– Не ожидала. И куда это ты такой нарядный?

Костя по-хозяйски обнял меня за плечи, демонстративно поцеловал в губы и хмыкнул:

– По делам, по делам.

Спрашивать, по каким именно, я не стала: во-первых, догадалась, во-вторых, это в нашей семье не заведено. Такова жизнь карточного шулера – даже с собственной женой лучше не откровенничать. Поэтому я только спросила:

– И куда на этот раз?

– Не поверишь – нам по дороге, – наклонившись к моему уху, прошептал Костя. – Но тебе лучше держаться от меня подальше, когда приземлимся.

Ну, что тут непонятного – Костя едет играть, явно задумал очередную аферу, и я могу только все осложнить, могу стать приманкой, а то и оказаться заложницей, и это, разумеется, никому не нужно.

– Даже не скажешь, где остановился?

– Нет, Мария, не скажу. Занимайся своим делом, танцуй. Увидимся дома.

– Ты только слишком не напивайся, – посоветовала я, хотя и знала, что это бесполезно – Костя панически боялся летать и вынести дорогу мог только в состоянии опьянения.

– Рад бы, да ведь знаешь – не могу, – почти виновато пробормотал он, целуя меня в шею. – Не волнуйся, все будет хорошо, я обещаю.

Обещает он… Если бы не эти проклятые карты, моя жизнь с Костей, возможно, могла бы сложиться даже счастливо. Он был заботливым, очень щедрым, исполнял любое мое желание, хоть их было не так и много, любил меня. Но… это постоянное ощущение опасности, сопровождающее меня на улице, дома, в клубе… И даже сейчас, улетая в другой город на турнир, я вынуждена буду оглядываться, потому что Костя тоже будет в Питере, и никто не знает, как сложится его игра и что ему придется поставить на кон в случае проигрыша. Вполне вероятно, что это могу быть и я…

– Все, Мария, иди, мы с этой минуты друг друга не знаем, – он еще раз поцеловал меня и развернул лицом к выходу из магазинчика.

В отвратительном настроении я вернулась в кафе к дремлющему на стуле Ивану.

– Всегда поражалась твоей способности спать даже стоя, Переверзев, – пнув ножку стула, сказала я.

– Я сплю сидя, – не открывая глаз, буркнул Иван. – Что там с рейсом?

– Пока задержка. Хорошо, что решили за двое суток лететь, можем тут до ночи проболтаться.

– Мария, займись чем-нибудь, а? – попросил партнер. – Ну, книжку там почитай, не знаю… Дай подремать, я сегодня почти не спал.

– Да? И кто же нам мешал?

– Не твое дело.

Тоже верно. Нас с Иваном связывали исключительно партнерские отношения, и влезать в личную жизнь друг друга по обоюдному согласию мы не стремились. У красавца Ваньки было полно поклонниц, и он, разумеется, не отказывал себе в удовольствии.