Читаем Танго с прошлым полностью

Кучер, видимо, что-то намеревался спросить, но как-то стушевался и замолчал – он отвернулся, подправил рукой свой замысловатый головной убор и, уже обеими руками взявшись за вожжи, застыл в своей привычной позе на облучке. Платон Никитич Сушков, богатый миллионер-промышленник, привыкший понимать людей по еле заметным интонациям в голосе, неуловимым жестам рук и мимике лица, догадался – о чем именно хотел справиться его давнишний знакомый кучер из Царевококшайска.

– Аким Никоныч, – сказал он, чуть притронувшись кончиком пальца до правого плеча кучера, – ты не беспокойся: останешься ночевать у меня, а завтра с утра поедешь обратно. Дом мой пустой совершенно и там меня не было уже три года. Если ты согласен остаться, то я тебе доплачу, сколько ты скажешь – поможешь нам печку растопить, чуть прибраться, может, а? Как ты думаешь? Видишь, времена какие настали неспокойные – по ночам все же опасно нынче ездить.

Из молельной языческой рощи послышался стук топора.

– Да, Платон Никитич, вы правы – смотрите, народ вовсе страх потерял. Ладно, господские леса рубят, а тут у вас уже и за молельные рощи марийцев взялись. Как бы беды не вышло… Спаси вас и вашего сына Христос, Платон Никитич, за ваше предложение – грех не воспользоваться таким гостеприимством. Луна хоть и восходит, да только тучи все густеют. Того гляди дождь пойдет. Овса бы найти моим лошадкам…

– Найдем, Аким Никоныч, – тихо сказал Платон Никитич, всматриваясь в противоположный край деревни, где виднелась единственная крытая железом и покрашенная суриком крыша его старого кирпичного дома, который он построил четверть века назад на первые свои деньги, добытые во время извоза соли из Казани в Яранск.