Читаем Танго Один полностью

— Он сам напросился, Крис.

— Я знаю, — тихо произнесла она.

— Ты видела следы на лице Луизы. Он ударил ее.

— Знаю, — на этот раз более уверенно согласилась девушка.

— Теперь он не повторит этого.

Крис положила руки ему на плечи и поцеловала в щеку.

— Тебе не надо оправдываться, Ден. Я просто... шокирована. Удивлена. И все.

Донован кивнул.

— Неделя или две в больнице. С ним все будет в порядке.

Он знал, что это ложь. Паркер проведет в больнице месяц и не сможет ходить по крайней мере месяцев шесть. Донован был уверен: больница пойдет ему на пользу. Но Крис не обязательно знать о последствиях.

— Ты не подвезешь меня домой? — спросил Ден.

— Не знаю, — шутливо ответила она. — А что ты сделаешь, если я откажусь? Дашь пощечину?

Донован рассмеялся и стер с пальцев кровь.

* * *

Крис притормозила у тротуара, но мотор не выключила. Она посмотрела из окна на дом Донована.

— Милый, — заметила девушка.

— Ага. Хочешь купить? — спросил Донован с болью в голосе.

— О да, я могу себе это позволить. Сколько он стоит?

— Не знаю. Цены за последний год выросли. Миллиона три.

Крис присвистнула.

— Ты один здесь живешь?

Донован покачал головой:

— Нет. На самом деле нет.

— Звучит немного двусмысленно, Ден.

— В настоящий момент я пребываю в неком переходном состоянии. Жена бросила меня.

Крис улыбнулась:

— Я столько раз слышала подобное: жена не понимает меня, мы живем раздельно, я не прикасался к ней с тех пор, как родились дети. И так далее.

— Мой сын застал ее в постели с другим мужчиной.

Крис открыла рот:

— Ты серьезно?

— Серьезнее не бывает.

Она кивнула на дом:

— Твой мальчик сейчас там?

Донован помотал головой:

— Нет, он останется у моей сестры, пока я не разберусь с делами.

— Разберешься?

— Не знаю, справлюсь ли я с ролью папочки-одиночки, — сказал Донован.

— Ты его отец. Это все, что имеет сейчас значение.

— Думаю, да.

Крис взглянула на часы:

— Интересно, что с Луизой? Нужно проверить, все ли с ней в порядке. Я обещала, что останусь ночевать у нее.

— Она милая девочка.

— Заинтересовался? Могу замолвить о тебе словечко. Она молодая, свободная и одинокая.

Донован улыбнулся:

— Думаю, моя жизнь и так довольно запутанная, но спасибо за предложение.

— Не в твоем вкусе?

— Мы что — на детской площадке?

— Говорят, тебе нравятся блондинки.

— Моя жена блондинка. Я никогда не позволял ей краситься, у нее отличные волосы. Потрясающе красива. Ну, теперь ты довольна?

— Я расскажу все Луизе, — сказала Крис. — Серьезно, Ден. Спасибо за вечер.

— Был счастлив помочь, — ответил Донован. — Я уже давно не дрался. Нахлынули воспоминания.

— Вряд ли то, что было, можно назвать дракой, скорее — избиением, — заметила Крис.

Донован вышел из машины и, улыбаясь, махнул девушке вслед.

* * *

— У тебя есть регистрационный номер? — спросил Шакер, щелкая камерой наблюдения.

— Не парься, — ответил Дженнер. — Она ничего, верно?

Дженнер сидел у туалетного столика и строчил что-то в блокноте. Рядом с термосом валялась пара мощных биноклей.

— Ага, он западает на блондинок. — Шакер продолжал фотографировать, пока Донован не закрыл дверь. — Почему она не вошла?

Шакер и Дженнер были офицерами полиции, имеющими большой опыт в наблюдении за преступниками. Шакер был старше, ему исполнилось тридцать шесть лет, но Дженнер дольше работал в таможне, потому что пошел туда сразу после школы. Они находились в квартире напротив дома Донована, принадлежавшей инспектору департамента по внутренним налогам. Спальню обычно занимала десятилетняя дочка инспектора, но ее переселили к сестре, а вся семья поклялась хранить операцию в тайне. Им не объяснили, за кем именно следят, сказали: за одним из соседей. Шакер и Дженнер проводили в комнате по двенадцать часов в день, с полуночи до полудня, меняясь с двумя другими офицерами. Оба строили грандиозные планы, рассчитывая на сверхурочные, которые заработают в ходе слежки за Донованом. Шакер копил на мотоцикл «хонда голд-уинг», а Дженнер обещал вывезти жену и детей на две недели во Флориду.

* * *

Донован открыл холодильник и вздохнул, увидев, что содовой нет. Открыл морозилку и выругался. Ни кубика льда. Он хлебнул «Джека Дэниелса», прошел в гостиную и плюхнулся на диван, положив ноги на стол, который был завален кучей глянцевых журналов. «Вог». «Эль». «Мари Клер». Остались от Вики. Он столкнул их ногой на пол, потом бросил в черный мусорный мешок. Донован не хотел, чтобы в доме осталось хоть что-то, принадлежавшее ей.

Расправившись с журналами, Ден положил голову на спинку дивана и уставился в потолок.

— Черт побери, что же мне делать? — спросил он вслух.

Джулия Ло все ясно сказала. Он не может вывезти Робби из страны, пока в силе предписание, присланное Вики. А если уедет без Робби, потом придется долго доказывать, что он хороший отец. У него нет выбора. Придется остаться, создать дом для сына, по крайней мере пока он не сможет отменить действующее предписание. Или выяснить, где Вики.