Эдда. Да упокоит Господь его душу. (Крестится. Элио.) Кончились его страдания. (Фоке.) Скажи сиделке, пусть она поможет тебе одеть его и приготовить к погребению. Мы придем позже. Я… и он… (Указывает на Элио.) Молодой человек останется у нас. Приготовь ему ванну, подбери пижаму и халат. Теперь, когда моего отца больше нет со мной, он составит мне компанию. (Царственным жестом.) Ступай, Фока, ступай.

Фока внимательно смотрит на Элио. Выходит.

Отмучился, несчастный старик.

Элио. Мои соболезнования… мне очень жаль, синьорина…

Эдда. Тебе-то что за дело, что мой отец умер? Никакого.

Элио. Но я появился здесь в такой скорбный для вас момент…

Эдда. То, что ты появился в этом доме в такой момент, может быть, тоже знак судьбы.

Элио. Во всяком случае, это очень печальное обстоятельство, и я…

Эдда(резко). Хватит! Смерть – не та тема, что доставляет мне удовольствие… а только расстраивает… Подай мне успокоительное.

Элио растерянно рассматривает лекарства на столике.

Побыстрее не можешь?.. Оно в большом флаконе… на подносе… Тебе придется научиться распознавать мои лекарства.

Элио берет флакон с успокоительным и протягивает Эдде.

(Принимает таблетку.) Ты, наверное, считаешь, что я должна была устроить сцену отчаяния… биться в рыданиях… ломать руки от горя…

Элио. Да нет, я…

Эдда. Молчи. Дай мне сказать… И сядь, не маячь перед глазами!

Элио покорно садится в кресло.

(Опустошает бокал с вином.) Он не был моим отцом.

Элио(с изумлением). Как это?

Эдда. Ты плохо слышишь? Я сказала, он не был моим отцом.

Элио. А кто же он тогда был?

Эдда. Старик. Обыкновенный старик. Я подобрала его на улице несколько лет назад. Взяла в дом, чтобы мне не было одиноко по ночам. А чтобы он не засыпал, я давала ему возбуждающие средства. Видимо, переборщила. Все-таки он был стар, и сердце не выдержало… Ты понимаешь, о чем я говорю?

Элио(глядя на нее с ужасом). Понимаю…

Эдда. Он умел слушать… добрый… кроткий… И глухой. Совсем глухой. Встань.

Элио встает.

(Достает из ящика комода черную вуаль, набрасывает себе на голову. Торжественно.) Идем, Элио. Пойдем к нему. Подай мне руку. (Уходят.)

Действие второе

Та же обстановка, десятью днями позже.

Эдда, в нелепом платье для торжественных приемов, в макияже и с укладкой, сидит в кресле и курит.

Элио, слегка облагороженный – фланелевые брюки и кашемировый свитер, – развалился в углу дивана с мрачной физиономией. Также курит.

Эдда(посмотрев на Элио и покачав головой, бросает ему ключи от бара). Выпей что-нибудь, это поднимет тебе настроение.

Элио(ловит ключи и идет к бару). А вы что будете пить?

Эдда. Ничего. Печень. Врач запретил мне спиртное. Не понимаю. В мое время люди пили и ели втрое больше и умирали при здоровой печени. А сегодня все ходят вот с такой огромной печенкой. Как гуси… Уверена, у тебя тоже печень не в порядке.

Элио. Не думаю.

Эдда. Подожди немного и сам убедишься. От этого никуда не деться. Когда-то был железный век, за ним золотой, а сейчас мы на пике печеночного века.

Элио возвращает ей ключи, которые она убирает в сумочку.

Чем сегодня занимался?

Элио. Спал до полудня… Потом сходил за газетами…

Эдда. Я давно перестала их покупать. Развернешь – и рискуешь заработать инфаркт. Хотя многие их читают. Топят собственные горести, читая о чужих. Если бы каждый больше думал о своих проблемах, как это делаю я, его бы меньше интересовало то, что происходит в мире. Я как-то раз послала к черту одного придурка, который пришел ко мне с просьбой подписать петицию в защиту мира. Если люди хотят перерезать себе глотки, не надо лишать их этой возможности. Чем меньше будет населения на этой земле, тем чище воздух.

Элио. Знаете, если бы все рассуждали, как вы…

Эдда….мир в перспективе стал бы гораздо лучше.

Элио. Ну да, и в нем жили бы одни дикари.

Эдда. А разве их и сейчас не полным-полно?

Элио. Если бы люди были внимательнее друг к другу… если бы помогали друг другу…

Эдда. Ты говоришь как подрывной элемент.

Элио. Какой еще элемент! Я просто думаю, что…

Эдда. А ты не думай. Трать меньше энергии.

Элио. Но мои мысли…