Помахав на прощание рукой, и увидев ласковую улыбку на лице матери, девушка вскочила в седло, и в тот же миг, Снег, расправив свои огромные крылья, взмыл в небеса…

Лианна

Лианна очнулась в каком-то подземелье. Одно единственное маленькое окошко, что находилось где-то под самым потолком, давало совсем мало света. Тем не менее, этого хватило, что бы глаза Волчицы смогли разглядеть еще двух пленников, которые были прикованы к стене, и разговаривали между собой. От обоих несло магией.

В голове неприятно гудело, и трудно было сосредоточиться. Лишь теперь Лианна вспомнила, чем ее могли опоить. Это вещество когда-то использовали Волки в медицине, дабы снимать боль. Ведь, действительно, в малых дозах оно лишало всех чувств. В больших — полностью отнимало память, и лишало воли. К тому же, после нескольких приемов наркотика, Волк уже не мог жить без него.

Это вещество было запрещено, а методика его производства уничтожена. По крайней мере так считали в Вольстриме.

Лианна никак не могла понять, как этот наркотик появился у простого владельца таверны.

В голове постепенно прояснялось, и Лианна начинала понимать речь других пленников.

— Так что же здесь произошло? — Спросил мужской голос одного из пленников.

— Все началось с того, что на границе Степи бесследно исчез верховный маг Орона. — Ответил ему юный женский голос. — Когда, спустя пару дней, умер старый король, его сын объявил, что теперь все изменится. Да и в самом деле изменилось. Той же ночью, во всех городах и селах страны начали строить церкви. Но это было не все. В тот же миг начались аресты всех нелюдей, магов и лекарей. Всех кого сумели изловить в первую ночь, утром сожгли на кострах. В том числе и нашу маму. Когда взошло солнце, новый король объявил о том, что теперь Орон есть вассалом и вечным другом Степи. Потом начались поиски тех, кому удалось спастись первой ночью. Сперва им предлагали пройти обряд экзорцизма. Те, кто согласились, превратились в тупых, сломанных калек, которым в жизни осталось лишь просить милостыню у ворот церкви. Кто же отказался, разделил участь погибших в первую ночь…

В этот миг Лианна попробовала пошевелиться, но короткие цепи не позволили ей это сделать. Она обнаружила, что находиться в той же сущности, в какой была, покидая Вольстрим. Руки и ноги были прикованы к стене цепями, а на шее туго сидел стальной ошейник.

В ее голове пробежала мысль, что если изменить сущность, то она наверняка сможет вырваться. Стальной ошейник вновь напомнил о себе. Лианна поняла, что если сделает это, он попросту задушит ее. Ведь оборотням не подвластна частичная трансформация. Либо полная, либо никакая.

Волчица, тяжело вздохнув, оперлась на стену подземелья.

— А тебя за что повязали? — Спросил пленник у Лианны. Все что он мог разглядеть в темном мраке камеры, это снежно-белые волосы. — Ты маг, или лекарь?

— Я оборотень. — Тихо произнесла Лианна, прислушиваясь к внезапно нависшей тишине.

— И что заставило оборотня покинуть родные леса? — Наконец-то спросил пленник.

Несколько мгновений подумав, стоит ли, Волчица, все же решилась, и рассказала им об изгнании.

— А вы кто? — Спросила Лианна, окончив свой рассказ.

— Я Илрон, а это моя сестра Рия. Я маг…

— Это я знаю. От вас обоих разит магией, как от приставника перегаром утром в понедельник.

— Что значит «разит»? — Возмущенно воскликнула Рия, но дальнейший поток ее возмущений оборвал Илрон.

— Видишь ли, оборотни не способны к магии, но они способны ее чувствовать. Даже самые слабые проявления. Я так понял, что в нас обоих она учуяла сильный магический фон.

— Да, да, именно так я и хотела сказать, — иронично ответила Лианна.

— Вы, оборотни, все такие не вежливые? — С невозмутимой интонацией произнес маг.

— Что ты, я сама вежливость. Не обижайся, но меня всегда раздражали оковы, ограничения и близкое присутствие магов.

— И как ты хотела учиться в Академии с таким характером. Там на каждом шагу ограничения, да и больше половины жителей — маги.

— Кому не нравится мой характер, я не заставляю общаться со мной. — Грубо ответила Волчица.

В подземелье на некоторое время воцарилась тишина, которую то и дело разрывали звуки не очень далеких молитв.

— Началась Недельная служба. — Произнесла Рия.

— И что? — Безразлично спросила Лианна.

— Ничего, — так же безразлично ответила ей девочка. — По ее окончанию, через два часа, нас сожгут на костре.

— Отличная перспектива. — Пробормотал Илрон.

В подземелье вновь воцарилась тишина. Никому не хотелось говорить.

Рия тихонько прощалась со своей юной жизнью. Илрон вспоминал все свои грехи буйной молодости. А Лианна слушала окружающий их шум.

Где-то сверху доносились звуки молитв, которые нарушил странный, сдавленный крик. Он пришел от куда-то из-за каменных стен. Потом, сквозь песнопение молитв послышался странный стон, и лязг метала. А спустя еще несколько минут, в глухом коридоре послышались чьи-то шаги. Кто-то приближался.

— Что-то они рановато. — Произнесла Лианна. — Служба еще не окончилась.

— Так ведь нас нужно еще приготовить. — Ответил ей Илрон.