– Простите, что нам пришлось разбередить вам душу. Мы не будем больше отнимать у вас время. Спасибо, что согласились побеседовать с нами в такое нелегкое время.

– Извините, я вам даже воды не предложил. – Санти немного пришел в себя, провожая их к выходу.

Они проследовали за ним по коридору, бормоча сочувственные фразы.

– Позвоните мне, если захотите выговориться, – сказала Сильвия на прощание, сжимая плечо машиниста.

– Или если вспомните что-то, что может нам помочь. Что угодно. Слова Наталии, которые могли показаться странными, звонок в неурочное время… Что угодно, – добавила Хулия. Ужасно, что это ей приходится вести себя бесчувственно в такие моменты.

Машинист задумчиво прищурился. Он замер посреди коридора рядом со спальней, откуда доносился запах свежего постельного белья.

– У Наталии был любовник, которого она бросила несколько недель назад. Он ей все время названивал после этого.

– Комиссар Олайсола, – вставила Хулия.

Кивок Санти подтвердил ее слова.

– Пусть его должность не мешает вам докопаться до сути, – произнес он с мольбой.

– Его проверят точно так же, как и всех. Даю вам слово, – обнадежила его детектив.

– Это очень занудный тип. Он не мог смириться с тем, что Наталия его бросила.

– Это она разорвала отношения?

– Да, конечно, Наталия. Она поняла, что любит меня.

Хулия мысленно вернулась к пустынным путям. Лепесток тюльпана, танцующий на ветру, запах ржавого железа, мобильный телефон, на экране которого виднелось ее собственное лицо… Как она ни старалась, у нее не получалось представить комиссара, хладнокровно привязывающего журналистку к стулу.

– Вы не знаете, что стало причиной их разрыва?

Мужчина посмотрел на нее с обидой.

– Она не хотела причинять мне боль. Этого разве недостаточно? Мы были счастливы, пока этот тип не встал у нас на пути.

– Конечно, прошу прощения. – Хулия помедлила, не желая задавать жестокие вопросы человеку, который только что задавил собственную жену. Но она здесь не для того, чтобы сочувствовать. Она сотрудник полиции, и ей нужна информация. Она повернулась к Сильвии, и та прикрыла глаза в знак того, что Хулия может продолжать, хотя ее разрешение и не требовалось. – Как давно они встречались? Я имею в виду…

Санти вскинул руку, прерывая ее.

– Я знаю, что вы имеете в виду. Как давно мне наставляли рога? Больше года, может, около двух. Точно не знаю, но месяцев десять назад об этом стали сплетничать по всей Гернике. Их видели вместе, они не скрывались. Я даже думал, что между нами все кончено и что она бросит меня ради него.

– Как вы это восприняли? – спросила Сильвия.

– Плохо. Очень плохо, – слова сорвались с губ Санти, и он уставился в пол.

– Опишите подробнее. Гнев, ненависть – что вы чувствовали?

Санти сжал дрожащие губы. Он оторвал взгляд от пола.

– Беспомощность. Я был потрясен. Я не понимал, что сделал не так, а Наталия едва говорила со мной. Она все время проводила на работе.

Хулия и Сильвия переглянулись. Либо он великий актер, либо у него действительно мягкая натура.

– Это все на сегодня. Спасибо, – сказала детектив. У нее было чувство, что она узнала не все, но ей не хотелось еще сильнее давить на мужа.

– Спасибо вам, – отозвался Санти с вымученной улыбкой.

– Он держится лучше, чем я думала, – сказала Хулия, едва за ними закрылась дверь. Редко когда родственник жертвы говорит так спокойно, учитывая, как мало времени прошло с момента гибели.

– Не обманывайся, – предупредила Сильвия. – Это лекарство. Его по уши накачали успокоительным. Ты не обратила внимания на его сонный вид? Шок придет позже.

– Тебе кажется, он искренне горюет?

– Абсолютно точно да, – подтвердила психолог. – Если ты хочешь знать мое мнение, мог ли он замышлять такую ужасную месть, я отвечу – нет. Есть несколько моментов, почему нельзя полностью сбрасывать его со счетов, но он не подходит под типаж холодного и расчетливого убийцы. Ты видела, с каким обожанием он смотрел на портрет жены? Боже, да эта гостиная – просто ее алтарь. А муж всего лишь приложение к ней.

Не будучи до конца убежденной, детектив открыла дверь автомобиля. Это не первый раз, когда убийца так хорошо мог притворяться жертвой, а не палачом.

7

Понедельник, 22 октября 2018

Стоило ей войти в бар, Сестеро ощутила, как тяжесть упала с плеч. Добыть информацию о комиссаре Олайсоле, а особенно о его отношениях с Наталией Эчано, оказалось нелегко. Подчиненные предпочитали не распространяться о начальнике. Никто не знал деталей. Только то, что они были давними любовниками и не скрывали этого. А причина разрыва? Без понятия. Но Луиса Олайсолу случившееся потрясло.

Айтор тоже не особенно продвинулся. Он прослушал записи последних программ ведущей, и единственное, что было ясно – журналистка нападала на все и вся: от жалоб на спекуляции в сфере недвижимости и неконтролируемый туризм до многочисленных обвинений полицейского управления в том, что провинция стала обителью браконьеров и наркоторговцев.