Читаем Танец отражений полностью

– Его жизнь в яслях для клонов дома Бхарапутра казалась не такой уж плохой: они заботятся о клиентах, но когда его забрали наши комаррские друзья, тут начался настоящий кошмар. Они готовили его на роль моего двойника, но всякий раз, как они приближались к цели, я откалывал очередной трюк, и им приходилось начинать все сначала. Они постоянно меняли и оттачивали свои планы. Заговор растянулся на много лет. А группа была маленькая, и средств у нее было мало. Их шеф, Сер Гален, по-моему, был не в своем уме.

Еще круг, и еще.

– Часть времени Гален обращался с Марком, как с надеждой и опорой комаррских революционеров, баловал его и постоянно твердил, что он, Марк, в случае успеха непременно станет императором Барраяра. Но иногда у Галена ум заходил за разум, он начинал видеть в Марке потомка Эйрела Форкосигана и вымещал на нем всю свою ненависть. При этом самые жестокие наказания – в сущности, пытки – он называл «дисциплинарными взысканиями». Агент Иллиана узнал это от подчиненного Галена при нелегальном допросе с применением суперпентотала, так что это правда.

Еще круг, и еще.

– Например, судя по всему, у нас с Марком разный обмен. И всякий раз, когда вес Марка превышал мой, Гален, вместо того чтобы прибегнуть к медицинским средствам, по нескольку дней не кормил его, потом позволял наесться вдоволь, а потом – под угрозой электрошока – заставлял делать физические упражнения, пока Марка не рвало. Такие вот дела, очень неприятные. Похоже, Гален отличался крайней вспыльчивостью. А может, он специально пытался сделать из Марка психа. Создать императора Майлза Безумного, который вслед за Ури Безумным уничтожил бы всю верхушку Барраяра. Однажды, – рассказал тот тип, – Марк захотел погулять ночью – просто погулять ночью – и каким-то образом сумел улизнуть. Когда комаррцы его поймали, Гален совсем сбрендил, обвинил его в попытке бегства, взял электрошок и… – тут он увидел, как побледнела Элен, – …и сделал что-то отвратительное. Что никоим образом не способствовало сексуальной адаптации Марка. Это было настолько ужасно, что даже сами громилы Галена умоляли своего шефа перестать.

– Неудивительно, что он ненавидел Галена, – тихо сказала Куин.

Элен отреагировала иначе.

– Ты ничего не мог сделать. Ты тогда даже не знал о его существовании.

– Я должен был знать.

– Так. И в какой степени это чувство вины определяет ход твоих мыслей, адмирал?

– Ну, в какой-то степени, наверное, определяет, – признал Майлз. – Вот почему я вас всех сюда позвал. Я чувствовал, что мне нужен взгляд со стороны. – Он замолчал и заставил себя сесть. – Но не только поэтому. Пока на нас не свалилась вся эта заваруха с «Ариэлем», я готовился дать вам сведения о новой операции.

– Ага! – удовлетворенно протянул Баз. – Наконец-то!

– Новый контракт. – Несмотря на все неприятности, Майлз улыбнулся. – Пока в дело не вмешался Марк, я считал, что тут ничего непредвиденного случиться не может. Просто оплаченный отпуск.

– То есть как это, вообще никаких боевых действий? – шутливо возмутилась Элен. – А я-то считала, что ты именно за такие штучки презирал адмирала Оссера!

– Я изменился. – Как всегда, при упоминании об Оссере у него на мгновение сжалось сердце. – С годами его методы кажутся мне все более привлекательными. Старею, наверное.

– А может, взрослеешь, – предположила Элен. Они обменялись взглядами.

– Короче, – продолжил Майлз, – высшее командование Барраяра желает предоставить некоей независимой космической пересадочной станции более мощное и современное вооружение, чем то, какое у них есть на данный момент. То, что станция Вега находится непосредственно у границ Цетагандийской империи, естественно, не случайность. Однако вышеупомянутая станция расположена очень неудобно. Куин, карту, пожалуйста.

Куин включила трехмерное голографическое изображение. П-в-туннели, обозначенные сверкающими ломаными линиями, соединяли размытые сферы обычного пространства.

– Из трех п-в-туннелей, которые контролирует Вега, один ведет в Цетагандийскую империю через сатрапию Ола Три, один блокирован Торанирой, которая выступает то с цетагандийцами, то против них, а третий принадлежит Сумеркам Зоава, политически нейтральным по отношению к Цетаганде, но опасающимся своего большого соседа. – Пока он говорил, Куин высвечивала каждую систему. – Весь импорт тяжелого вооружения и защиты космического базирования на станцию Вега блокирован со стороны Олы Три и Тораниры. Сумерки Зоава под давлением Цетаганды тоже присоединились к эмбарго на вооружение.

– А при чем тут мы? – поинтересовался Баз.

– А при том. Мы контрабандой доставляем вьючных лошадей.

– Что? – переспросил Баз, но Элен поняла намек и усмехнулась.