Читаем Танец отражений полностью

– Попытается найти на меня управу. Поскольку с Эйрелом я его опередила, у него остается только одна возможность. Думаю, мне не имеет смысла вставать с кресла. Все равно со мной в ближайшее время свяжутся.

Марк с Элен попытались продолжить работу. Когда комм снова заверещал, Марк подпрыгнул.

Незнакомый молодой человек, кивнув Корделии, объявил:

– Леди Форкосиган – император Грегор, – после чего мгновенно исчез. На экране появилось смущенное лицо Грегора.

– Доброе утро, леди Корделия. Право же, вам не следовало так огорчать Саймона.

– Он это заслужил, – спокойно ответила графиня. – Готова признать, что сейчас у него немало забот. Скрытое беспокойство вечно превращает его в мерзавца. Иначе бы ему пришлось с воплями носиться по кругу. По-видимому, для него это – средство держаться.

– А для некоторых средство держаться – чрезмерно тщательный анализ, – пробормотал Грегор. Губы Корделии изогнулись в улыбке, и Марк подумал, что знает, кто бреет брадобрея.

– Его соображения безопасности вполне законны, – продолжил Грегор. – Насколько разумно ваше предприятие?

– На это можно ответить только экспериментальным путем. Я согласна, Саймон говорит искренне. Но… ваше величество, что, по-вашему, лучше служит интересам Барраяра? Вот вопрос, на который вы должны ответить.

– В мыслях у меня есть противоречия.

– А в сердце? – Ее слова прозвучали как вызов. Графиня раскрыла ладони – то ли извинение, то ли мольба. – Так или иначе вам еще долго предстоит иметь дело с лордом Марком Форкосиганом. Эта поездка в любом случае проверит основательность всех сомнений. Иначе сомнения останутся с вами навсегда и будут точить душу. Я считаю, что это нечестно по отношению к Марку.

– До чего научно, – выдохнул Грегор. Собеседники с иронией посмотрели друг на друга.

– Я подумала, что вам такой довод понравится.

– Лорд Марк с вами?

– Да. – Графиня дала ему знак подойти.

Марк вышел в зону приема:

– Ваше величество.

– Ну, лорд Марк. – Грегор серьезно посмотрел на него. – Похоже, ваша мать намерена предоставить вам все возможности самому вырыть себе могилу.

Марк с трудом сглотнул:

– Да, ваше величество.

– Или спастись. – Грегор кивнул. – Так тому и быть. Удачи вам – ни пуха ни пера.

– К черту, ваше величество.

Грегор улыбнулся и отключил связь.

Больше Иллиан их не тревожил.

После обеда графиня, отправляясь в госпиталь, взяла с собой Марка. Он уже дважды навещал отца. Правда, граф по-прежнему пугал Марка. Даже теперь, прикованный к постели, на грани между жизнью и смертью, он был все так же силен духом, и Марк не знал, что его больше пугает: сила личности или близость смерти.

У палаты премьер-министра Марк неуверенно остановился. Графиня вопросительно посмотрела на него.

– Мне… – замялся Марк. – Мне на самом деле не хочется туда заходить.

– Я не стану тебя заставлять. Но сделаю предсказание.

– Говори, о прорицательница!

– Ты никогда не пожалеешь о том, что зашел. Но возможно, будешь глубоко сожалеть о том, что не зашел.

Марк переварил ее слова, чуть слышно произнес: «Ладно» и пошел за ней.

Они прошли на цыпочках по пышному ковру. За окном открывался великолепный вид на Форбарр-Султан: древние здания и река, рассекающая сердце города. День выдался пасмурный, холодный и дождливый, и последние этажи современных зданий терялись в клубящемся белом тумане. Граф лежал, повернувшись к серебристому свету. Бледное одутловатое лицо казалось почти зеленым – и не только из-за обманчивого освещения и бликов от зеленой пижамы. Он был весь облеплен датчиками, а к ноздрям подходила кислородная трубка.

Услышав шаги, он повернул голову, улыбнулся и включил лампочку у кровати. Но теплый электрический свет не улучшил цвет его лица.

– Милая капитан! Марк!

Графиня наклонилась к мужу, и они обменялись долгим поцелуем. Графиня уселась по-турецки у него в ногах, расправила длинную юбку и принялась массировать ему ступни. Эйрел умиротворенно вздохнул.

Марк остановился в метре от кровати:

– Добрый вечер, сэр. Как вы себя чувствуете?

– Если не можешь поцеловать собственную жену, не задохнувшись, значит, дела плохи, – пожаловался Эйрел и откинулся на подушки.

– Меня пустили в лабораторию посмотреть на твое новое сердце, – сообщила графиня. – Оно уже размером с цыплячье и очень весело бьется в своей пробирке.

Граф тихо рассмеялся:

– Мрачный юмор.

– Мне оно показалось очень симпатичным.

– Тебе – еще бы!

– А уж если хочешь мрачного юмора, то подумай, как ты распорядишься старым после пересадки. Возможности для шуток в дурном вкусе просто неограниченны.

– Голова кругом идет, – пробормотал граф. Все еще улыбаясь, он взглянул на Марка.

Марк вздохнул поглубже:

– Леди Корделия говорила вам, что я собираюсь сделать?

– Угу. – Улыбка графа погасла. – Да. Будь осторожен. Гадкое место этот Архипелаг Джексона. Хотел бы я отправить с тобой Ботари.

Графиня явно удивилась. По ее лицу Марк угадал, что она сейчас думает: «Неужели он забыл, что Ботари погиб?» Графиня постаралась изобразить еще более веселую улыбку.

– Я беру Ботари-Джезек, сэр.