И вот всей компанией мы двинулись в живописный парк, на пикник. Устроились неподалеку от цветущего жасмина и кустов пионов. Пока я и Валлеса доставали еду и резали овощи, мужчины успели собрать мангал, разжечь костер и даже нанизали мясо на шампура. Близнецы еще и столик собрали куда мы ставили тарелки. Неторопливая беседа, приятные душевные поздравления именинника, легкие шутки и теплая атмосфера. Уже поздно вечером, когда небо стало окрашиваться красным, а мы успели все собрать и ликвидировать следы своего пребывания на полянке, я решилась! Следуя позади всех, я все замедляла шаг, пока окончательно не остановилась. Широкая мощеная аллея была с двух сторон укрыта деревьями с плотной кроной. Свет заходящего солнца бивший мне в спину раскрашивал мое белое платье в красивый красный цвет. Думаю волосы и вовсе горели огнем…хотелось бы увидеть себя со стороны. Небольшой чемоданчик в моих руках жег как раскаленный. Положив его на траву обочины, с тихим щелчком открыла замки и откинула крышку. Два белых с золотой и красной вышивкой веера лежали и ждали пока моя почти испарившаяся решимость вновь воскреснет.
— Эрен? — оклик Майки подействовал как ушат холодной воды, заставив руки сжаться у основания вееров и достать их из чемоданчика. Их никто не видел. Я заказывала их сама и на свои деньги, заработанные в клубе. Мастер сделал их не по эскизам и готовому набору нужных свойств, нет, он делал их читая мои чувства, душу и обрывки образов. Танец никогда не репетировался, я даже никогда не представляла его полностью.
— Ну…сердце было не единственным подарком. В конце концов я же танцовщица.
Нежная флейта зазвучала вплетаясь в шум ветра в кронах. Я стояла чуть покачиваясь и прикрыв глаза. Раскинув руки в стороны, раскрыла веера. Плавный поворот вокруг своей оси и из ниоткуда появляются бледно-розовые лепестки роем следующие за веерами. Выражая свою любовь я кружилась по широкой аллее. Легкие наполненные нежностью движения, никакой сексуальности или страсти. Плавно, как медленно текучая вода я двигалась среди льющихся с неба лучей. Лепестков становилось все больше, они закручивались вокруг меня, иногда полностью скрывая от взоров застывших зрителей. Сведя руки перед собой, заставила лепестки собраться большой розовой тучкой. А после, разведя, разделила на две части. Веера закрутились в руках, два бледно-розовых водоворота…переворот спиной назад, такой же медленно тягучий как и все движения. И остановка. Лепестки плавно опадают на землю, но флейта не замолкает. Я стою смотрю на Наори, в его понимающие глаза. Приседаю как в реверансе и на последней ноте мелодии взлетаю вверх. Дар крови подкинул меня метров на пять наверное. Закрутившись и скрывшись в смерче из лепестков, едва ли не плакала. На душе было светло и от этого было больно. Зависнув, сложила веера и направила их на Наори. Я шла по тропе из лепестков к тому кого любила больше жизни. Слезы лились из глаз размывая окружающее пространство, но почему-то лицо Наори я видела очень четко! Последний шаг и вложила свою ладонь в потянутую руку Наори.
— Я люблю тебя. — слова дались с большим трудом. Пришлось буквально проталкивать их.
— Я понял. — приподняв мое лицо за подбородок, Наори нежно поцеловал меня и притянул к себе. Прижавшись, вцепилась в его рубашку пальцами и уткнулась лбом в грудь. Щеки жгло, слезы хоть и прекратились, но смотреть на кого-либо у меня не хватало сил и смелости.
Как добирались до дома почти не помню. Пришла в себя стоя посреди кухни со стаканом воды в руке. Судорожно выдохнув, устало присела на стул. Спину прострелило болью, от чего охнув едва не влетела лбом в стол. Вот ведь, похоже потянула.
— Что случилось? — на плечи опустились теплые руки и чуть сжали.
— Кажется спину потянула. Больно.
— Идти можешь? Хорошо. — уцепившись за шею Наори, была транспортирована в спальню. Где меня аккуратно уложили на кровать. — Сейчас сделаю массаж, а завтра к доктору. Это из-за твоего сальто, ты ведь не репетировала.
— Угу. — руки Наори довольно сильно и уверенно размяли поясницу. По комнате поплыл запах масла. Любимого кокосового. — Спасибо, кажется уже легче. — легкий поцелуй в плечо опалил огнем. — Наори?
— Лежи спокойно.
Я и застыла. Вот только под действиями умелых рук, я в конце концов расслабилась. Даже зажмурилась и мурлыкнула как разомлевшая на солнце кошка. Постепенно к рукам присоединились нежные поцелуи. Дразнящие и будоражащие. И руки уже не делают массаж, а возбуждают, будят огонь под кожей. Перевернувшись встретилась с горячим взглядом Наори. Наклонившись ко мне, замер буквально в паре сантиметрах от моего лица.
— Ты прекрасна. И тогда была безумно красивой. Юной и невинной. Такой которую хотелось защищать и оберегать. И я сделал это как смог. Все видел и отбрасывал, думая, что это просто привязанность к спасшему человеку. Провоцировал всеми этими девушками, хотел чтобы ты перестала надеяться. Но ты оказалась коварнее. Показала мне такое. Всю свою душу, открыла только для меня. Теперь тебе придется быть со мной, потому что такой подарок я никому не отдам.