Читаем Танат полностью

Это были останки принадлежащие не человеку, но гуманоидному существу: две руки, две ноги, по пять пальцев там и там, грудная клетка, вытянутый кверху череп. Росту погибший был невысоко, максимум мне по грудь. Причина его смерти ясна, как день – грудная клетка была рассечена одним мощным ударом, который нанесли в спину. Неизвестный убегал со своими приятелями от преторианцев, но те их настигли и перебили.

Твою мать. Я опять набрёл на следы старинной резни. Только в шпиле дрались разы с разных сторон, а тут что? Кто эти бедолаги, кому служили эти палачи? И с чего вдруг тут тела разложились до скелета, хотя в башне валялись просто высохшие до состояния мумий тела? Бойня здесь произошла раньше?

Вот в последнем я не уверен. И если этот город принадлежал Творцам, то почему никто не убрал последствия этой бойни? Хозяевам Таната плевать, что у них газон перед домом усеян разлагающимися трупами? Вот не верю, что им было плевать. Только в том случае они могли оставить всё как есть, если их здесь давно нет. Но тогда кто меня позвал?

И ещё одна вещь меня удивляет. Если это те самые могучие существа из легенд, то почему они жили здесь, внизу? Даже ниже того уровня пещер, где в основном обитают разы.

Мне сейчас даже вспомнился верхний этаж шпиля перерождения, который был заблокирован. Учитывая, что гигантская башня почти касалась потолка пещеры, у меня даже была мысль, а нет ли там какого подъемника на верхний уровень. Считал, что восставшие пытались прорваться наверх, чтобы уничтожить тех, кто считал себя хозяевами. Только в реальности всё оказалось совсем иначе – искать из следы надо было внизу.

Ощущаю мысленное похлопывание по плечу. Я, сконцентрировавшись на найденных останках, совсем забыл о способности смотреть на всё триста шестьдесят градусов. Но напарник заметил.

Да, мне это и так уже видно, но я поднимаюсь и поворачиваюсь, задирая голову. Каменная стена пещеры, в которой бурильщик проделал дыру, заслуживала внимания – на высоте в три-четыре моих роста, на всю ширину был высечен барельеф.

Внизу были стоящие на коленях и склоненные в глубоком поклоне фигуры. Это были разы: люди, безглазые, ящеры, насекомоподобные существа без глаз. Все, кого мне показал Хранитель или чьи тела я видел в залах шпиля.

Выше них в профиль располагались восемь фигур существ, которые преклонили одно колено. Воздев руки, они тянули вверх свои жуткие дары – отсеченные от тел головы. И не мутов, а разов. Сложно не узнать этих мускулистых чудовищ, чьи тела покрывала защитная костяная сеть, а лица безликие маски – димортулы, а точнее вестники.

Над моими коллегами были высечены шесть уже знакомых мне преторианцев. Эти стояли анфас, скрестив руки на груди и склонив головы. Понятно, что это местная иерархия. И фигуры, как я отметил, соблюдали пропорции счоих прототипов.

Меня гораздо больше заинтересовала фигура на самом верху. Мужчина, который был обнажен по пояс и стоял разведя в стороны руки. Бесстрастное лицо, безволосая голова. Ноги были обернуты тканью. Судя по размерам фигуры, этот неизвестный в росте не уступал преторианцам. Вот только длина рук и ног, форма вытянутого вверх черепа и если в целом смотреть на пропорции напоминает...

Дёргаюсь, как от удара под дых. Смотрю на застывших преторианцев, кости их жертв, мужчину, изображённого наверху пирамиды. Мне не по себе. Если натянуть на эти кости плоть, кожа и поставить в такую же позу... Черт, черт, мать вашу! Да что с этим больным миром не так? Я не понимаю.

К горлу подкатывает ком. Меня тошнит. К такому сложно быть готовым. Я всякое тут уже повидал, но никак не поле, которое полно детских останков.

Меня конкретно шатает. Делаю шаг в сторону и задеваю одного из преторианцев. Фигура в зитиновой броне зашаталась и упала, разламывать на части. Соединительная ткань истлела, а потому части органической брони рассыпаются по камню. Из них сыпется сухая высохшая труха. Мимолётно замечаю, что костей нет.

Возможно переторианцы не зря напоминали мне жуков или других насекомых. Внешний прочный панцирь из хитина, а внутри мягкое нутро из различных органелл.

Только когда в сторону улетел шлем, то стало заметно, как из верхней части торса торчит что-то серое. Заинтересовавшись увиденным, подхожу ближе и рукой стряхиваю истлевшую плоть.

Когда же вижу, что скрывалось под шлемом и прахом, цепенею и не могу сдвинуться с места. Надо в неписаннные правила Таната внести четвёртый пункт – способность удивлять носителей димортулы. И тут было чему удивиться. Даже мой молчаливый напарник заинтересовался.

На пальцах снова вырастают острые когти. Где-то тут был шов. Должен быть. Вот по нему мы и проведём вскрытие. И плевать на зов. Я терплю, а значит и вы немного потерпите.

* * *

Я снова включил разум Дриса. Грозный, но мягкий раз-копатель молча шёл за мной. Поначалу он пробовал задавать вопросы, а где мы, но после предупреждающего окрика заткнулся. Сейчас он просто крутил головой по сторонам. Его покинутый город, а особенно барельеф. Лживый барельеф.