Читаем Там, где ты есть полностью

       Мы с Синди не могли остаться равнодушными к несчастью Алис и её отчаянной выходке. Нам было очень страшно за Алис, и мы решили ещё раз просить помощи у Ван Мина.

       Вечер был необычайно тихим. На этот раз не было даже лающей во дворе китайца собачонки. На земле рядом с её будкой лежала цепь с расстёгнутым ошейником. Подойдя к входной двери в дом, мы постучали. Подождав несколько минут и не дождавшись старуху, Синди сказала мне:

– Их никого нет дома? – Почему?

       Она слегка толкнула дверь вовнутрь и дверь со скрипом отворилась. Странный неприятный запах закружился вокруг нас в воздухе, словно из тёмного коридора вылетела туча мух и облепила нас. Мысленно отмахиваясь от них мы, не имея ни фонарика, ни зажигалки, пошли вглубь дома. Сделав несколько осторожных шагов вперёд, мы заметили далеко в комнате Ван Мина догорающую свечу. Синди шёпотом обратилась ко мне:

– Очень подозрительно, но всё равно идём на огонь. Я кивнул ей в ответ.

       Ещё пару шагов и мы с Синди одновременно, в этой кромешной темноте, наткнулись ногами на полу на какой – то мешок. Наклонившись над ним, мы оба ахнули, узнав мёртвое тело старухи – китаянки. Стараясь бесшумно переступить через покойницу, мы только было направились в сторону ещё горящей свечи, как вдруг… в комнате включился яркий свет. Мы, словно пойманные воры, испуганно выпрямились по стойке «смирно» и, быстро окинув взглядом комнату увидели, стоявшего у стены полусогнувшись истекающего из раны в груди кровью Ван Мина, который и нажал на выключатель. Ему явно была нужна срочная помощь. В комнате был такой беспорядок как будто здесь только что орудовали налётчики.

       Подбежав к Ван Мину, мы помогли ему дойти до его ложа. От потери крови он был очень бледен. У него нарастала одышка, он хрипел, состояние ухудшалось на глазах.

– Ничего страшного, друзья мои, – пытался успокоить нас китаец, – я уже достаточно пожил на этом свете. – Мне, видимо, пора…

– Я сейчас побегу и вызову медиков, а ты, Синди, останься здесь, я быстро, – сказал я, уже направляясь к выходу.

– Да, да, – кивала Синди, глядя то на меня, то на Ван Мина, беспокоясь за его состояние.

– Не нужно, Скай, уже поздно, – тихо настаивал Ван Мин. – У меня разорванно лёгкое и трахея, они не успеют. Мне осталось несколько минут, поэтому лучше послушайте меня. Я знал, что умру сегодня… Но почему? Этого я не видел…

– Ван Мин, – встревоженно обратилась к нему Синди.

– Не перебивайте меня, у меня мало сил, – всё сильнее задыхаясь, просил китаец. – Это был Тод. Он напал на нас внезапно. Ему тоже досталось от меня, но у него теперь много сил и возможностей, будьте очень осторожны. Он боялся, что я могу Вам помочь и расскажу вам всё…

      Состояние Ван Мина стало критическим, ему оставались считанные минуты. Глядя на нас своими белками он всё больше и больше прикрывал их веками, наклоняя вниз голову. Мы положили его на подушку. Ван Мин нащупал мою руку и, сжав её из последних сил, зашептал:

– Не бойся Тода, он слабее тебя… – Мне жаль его… Огненное зеркало, осколок которого он добивается, расставит всё на свои места… Для того чтобы ты встретился с Творцом тебе нужно просто умереть, но только не через самоубийство, а…

       Дыхание Ван Мина остановилось, его тело обмякло, а глазные яблоки медленно, будто бы часовой механизм, и плавно повернулись вокруг своей оси к нам зрачками и замерли навсегда.

       Синди своей ладонью прикрыла Ван Мину веки:

– Очень жаль, что мы опоздали…

– Да, – согласился я.

– Нам лучше уйти сейчас, Скай.

       Только Синди произнесла эти слова как мы услышали приближающиеся к нам из далека звуки. Мы вскочили на ноги, повернувшись лицом к двери и ожидая нападения, но в комнату забежала только беспокойная ушастая чёрная с ярко белой грудкой собачонка Ван Мина. Она пробежала мимо тела китаянки, остановившись на мгновение рядом с ней, обнюхав её, и подбежала к только что умершему хозяину. Внимательно рассмотрев его лицо собачка, тихо проскулив несколько раз, подняла голову и посмотрела на нас оценивающе снизу вверх. После чего она громко залаяла и побежала из комнаты. Увидев, что мы только смотрим на неё и стоим на том же месте, собачка остановилась, повернулась на нас и ещё громче залаяла, видимо, приглашая нас идти за собой. Мы с Синди удивлённо переглянулись и поспешили за ней.

       Выйдя во двор, собачка повела нас за дом, а дальше по тропинке фруктового сада через ручей вниз по склону мимо холма к небольшому чёрному озеру, в котором  отражалось ночное небо, в рассыпанных по нему звёздах. Наш поводырь, понюхав воду, тихо уселась у кромки берега и задумалась, глядя куда – то в центр озера.

– И что дальше? – спросила Синди у неё.

       Но собачка, словно, нас не замечая даже и не шелохнулась.

– Странно всё это, но зачем – то она нас сюда привела к этому чёрному зеркалу, – поддержал я Синди. – Может она сюда приходила с Ван Мином?