Читаем Тайный груз полностью

– Не скажи! Это действительно абсурд, если придерживаться первой версии, которую мы и рассматриваем, то есть получение дешевого искусственного золота. А я говорил вначале о двух версиях. Но видишь, как быстро мы с тобой нашли аргументы против первой. Значит, придется остановиться на второй. – Владимир Викторович потянулся за бутылкой с остатками коньяка. – Закуривай, что ли, свою «тютюну». При всей моей нелюбви к курению, должен признать, что у нее замечательный аромат.

Талеев так и сделал. Потом отхлебнул из бокала и вновь обратился в слух.

– Ты, конечно, знаешь, Гера, что немцы очень близко подошли к созданию атомного оружия. – Журналист покивал головой. – Ведь именно их ученые и произвели первую настоящую атомную бомбу. На технических площадках Америки, так сказать. И еще не секрет, что Гитлер к разработкам этого вида оружия относился весьма прохладно. То ли чутье подвело, то ли уж очень нравились свои ФАУ и не хотелось «добра от добра искать», ну, а может, и правда, отлично сработали наши «штирлицы». Неважно. Исследовательские работы в Германии он не прикрыл полностью, но ясно дал понять свою незаинтересованность. Тогда это имело решающее значение. Проект почти свернули. Оставили, правда, небольшой исследовательский центр и несколько лабораторий на периферии. Субсидирование стало мизерным, практических достижений не было. Так, теория, математические расчеты, научное моделирование… Но! – Вытянутый указательный палец Помощника уперся едва не в потолок, – такая нелюбовь высшего руководства Рейха вынуждала ученых не слишком афишировать свои достижения. Кое-какие подтверждения успехов ты найдешь в этих бумагах. Там же по моей просьбе проанализировали возможность получения… э… побочных результатов, какого-то сходного вида оружия. Ну, например, нейтронную бомбу или то, что сегодня мы называем «грязной» бомбой. Фантастика? Абсолютно нет! И эксперты это подтвердили. Ведь идея создания таких бомб появилась уже в 1950 году. Правда, «грязная» бомба по каким-то договоренностям никем и никогда не только не использовалась, но и не испытывалась. Слишком непредсказуемо ее воздействие.

Ты недоумеваешь, почему я так подробно именно на ней останавливаюсь? Так вот, слушай. Сейчас ее по-другому называют – кобальтовой бомбой, потому что основной эффект достигается применением радиоактивного изотопа кобальт-60, но, – указательный палец опять грозил продырявить потолок, – особенно на первоначальном этапе рассматривалась возможность применения и других элементов. В их числе цинк-65, тантал-182 и, правильно, золото-198!

Владимир Викторович откинулся на спинку стула, повертел в пальцах бокал, но не стал пить, а вопросительно посмотрел на Талеева.

– А чего вы от меня ждете? Я не силен в химии или в физике. Заранее не готовился обсуждать что-то подобное. А тут как обухом по голове. Так что, Владимир Викторович, лучше выкладывайте все без утайки, а потом уж «будем смотреть». Ведь есть еще что-то?

– Да совсем немного, так, уточнения, чтобы тебе на чтение бумаг меньше времени тратить. Кобальт идеален: он дешев, его радиационное воздействие достаточно сильно и продолжительно, даже нарастает со временем, потому что период полураспада – 5,26 лет! Цинк нуждается в предварительном обогащении, его период – 244 дня, и вначале он даже более радиоактивен, чем кобальт, а золото… оно, как я говорил, распадается наполовину уже через 64 часа. И оказывается очень радиоактивно!

– Так-так, кое-что до меня уже доходит. Меняя исходный материал, можно варьировать и степень облучения, и его сроки. А это для немцев имело тогда первостепенное значение. Не нужен им кобальт с его отложенным на годы сроком воздействия, а вот золото – то, что надо. Чик и…

– Гера, а ты заметил, что сам как-то подсознательно согласился со второй версией? У тебя не вызвал бурного отрицания факт получения образца такой бомбы фашистами в сороковых годах.

Теперь встал с кресла Талеев и сделал несколько больших шагов по кабинету, разминая ноги и собираясь с мыслями. Потом остановился за спиной Помощника.

– Не отрицаю. Вот мое видение ситуации: каким-то образом в руки совершенно постороннего человека – Симакова – попали секретные разработки ученых нацистской Германии. Это готовая «продукция» или документация на ее получение. В первом случае не исключается наличие и кобальта, и цинка, и черт знает чего еще, что он или не нашел, или не привез с собой, или это у него отобрали перед смертью. Во втором… Думаю, он вряд ли разобрался бы самостоятельно в технической документации на иностранном языке и сумел оценить ее значение. Хотя есть еще и третий вариант. Немцы прятали сокровища, ну там драгоценности, произведения искусств и вместе с ними то, что нас так заинтересовало. Тогда Симаков думал лишь о сбыте материальных ценностей, а на «сопутствующие товары» не обратил никакого внимания. Вопрос: а как прореагировали покупатели?

– Великолепный вопрос! Особенно учитывая, что ни кто они, ни где, мы не имеем ни малейшего представления.