Читаем Тайный агент полностью

   Командир, между тем, ехал на Газели по Тановской улице к нужному дому. Явочная квартира каждый раз была новая, как, впрочем, и курьер. За день до выезда звонили в лагерь и сообщали, куда привозить ребят. Часы показывали одиннадцать вечера, когда машина подъехала к нужному дому. Вокруг было темно. Район был новый и пока не обустроенный. Остановившись, командир стал набирать нужный номер.

– Товар доставлен, – сухо отчеканил он и, получив указания, остался сидеть в машине. Ребята кто спал, кто резался в карты. Через десять минут из дома вышли двое парней. Подойдя к машине, они вызвали командира и о чём-то с ним поговорили. Затем уже эти двое, забрав с собой пятерых ребят, ушли в дом. Целая машина спецназовцев тоже уже была практически у дверей подъезда. Операция по захвату террористов началась. Спецназовцы были и за деревьями, и за столбами, и на земле, то есть повсюду, и практически в метре от машины с оставшимися ребятами. Через двадцать минут курсанты во главе с командиром направились к подъезду. Вслед за ними в подъезд бесшумно вошла и группа спецназа. Всё остальное произошло быстро. Дверь вышибли так быстро, что никто и ахнуть не успел. Командир получал деньги, когда его арестовали. Через пятнадцать минут руководитель группы захвата докладывал:

– Товарищ полковник, все задержаны.

– Спасибо, ребятки, ждём вас в отделе, – полковник, радостный, улыбался.

   А ещё через некоторое время другая группа спецназовцев отчиталась об аресте Фердоуса и его сообщников. .....

   В больничную палату к Лёне постучали.

– Можно? – открыв дверь, в палату заглянул подполковник Герасимов.

– Конечно, Сергей Борисович, проходите, – Лёня, опираясь на руку бабы Клавы, сел на кровати.

– Я не один. Думаю, вас представлять друг другу не надо, – подполковник выдвинул вперёд Колю.

– Вот так встреча! – Лёня радостно подал руку товарищу.

– Как вы, Леонид Александрович?

– Да нормально, ребро сломали, а так ничего. Ты как? Как Сергей?

– С ним тоже всё хорошо. Они в больнице, в Москве. Все ребята из их группы. Их лучшие психиатры лечат.

– Лёня, ты, Клавдия Петровна и посмертно Анатолич, – вы все представлены к государственной награде, – подполковник влез к ребятам в разговор. – Поздравляю! Он пожал руку бабе Клаве, которая, можно сказать прописалась в больнице, ухаживая за Лёней, а затем и самому доктору.

– Ой, спасибо! – щёки Лёни горели огнём от смущения.

– Ну, а он, – подполковник повернулся лицом к Коле, – я думаю, Лёня, ты уже догадался, – наш агент. Шестнадцатилетний Невзоров Николай Эдуардович, мой племянник. Его отец прошёл Афган и Чечню. Погиб при исполнении задания. Узнав о существовании лагеря, где готовят террористов, Коля вызвался помочь в ликвидации. Никак было не уговорить не участвовать! Молодец! Даже не знаю, чтобы мы без него делали. Он ведь, пока не вышел на Артиста, год прожил в детдоме. Так нужно было для дела. Ты, возможно, не знаешь: Артист ездил по детдомам, по деревням и вербовал ребят, якобы для службы по контракту, а на самом деле привозил их в лагерь, где из них инструктора готовили террористов. Несчастные, обделённые дети верили всему тому, что им плели сначала Артист, а потом уже и в лагере. Правду, конечно же, все скрывали. Благодаря Коле, операция удачно проведена и завершена. Все работники лагеря арестованы и уже дают показания. Коля Невзоров тоже представлен к государственной награде.

– Здорово! – Лёня сердечно пожал парню руку. – Ты, Коля – настоящий Герой, я не понаслышке знаю, что тебе пришлось пережить. Дяде, наверное, ничего и не рассказал? Коля смущённо прервал комплементы доктора и побыстрей вставил:

– Да ладно вам, нашли героя! Самое главное было – всё эту операцию придумать, рассчитать до мелочей. Сергей Борисович и есть тот самый мозг, – уважительно произнёс Коля, поворачиваясь к тому лицом, – и теперь он полковник.

   После поздравлений стали говорить о лагере.

– Товарищ полковник, этих … начальника, командира – не хочу даже произносить их имена, – начал Лёня, – точно расстрелять нужно! Что они с Серёгой сделали, это чистой воды фашизм. Я, как врач, вам это говорю.

– Не нервничай, Лёня. Всё расскажешь. Давай, быстрей выздоравливай и на суде, как обвинительная сторона, выступишь.

– Что я, не знаю наше правосудие? – Лёня перебил полковника, – найдут оправдание! Небось, ещё адвоката наймут.

– Ну, без адвокатов никак.

– Да не положен адвокат каждой сволочи! Стольким ребятам жизнь погубил – и ему ещё адвокат! Не понимаю я вас, полицейских.

– Ладно, не горячись. Им такая статья грозит, не отвертеться. Ты, главное, выздоравливай.

– Да меня вообще зря тут держат, – расстроено ответил Лёня. – Я что, не знаю своего самочувствия? Завтра обход заведующего, буду ругаться, чтобы выписали.

   Просидев ещё некоторое время, Сергей Борисович вместе с Колей засобирались уходить.

– Ну что, Лёня, выздоравливай! Ещё раз тебе спасибо за помощь, за поддержку Коли в лагере. Если что надо будет – звони, не стесняйся, или приходи прямиком ко мне. Где мой кабинет, наверное, не забыл? – полковник встал со стула. За ним поднялся со своего места и Коля.