Читаем "Тайные тропы" полностью

Этого молодого парня со шрамом на лице, который в отделе работает куда меньше по времени, чем его напарник Михеев, но при этом уже стал заместителем начальника, многие в ночной Москве побаивались и не любили куда больше, чем всех остальных его коллег. Почему? Потому что было общеизвестно — Николай Нифонтов всегда очень мягко стелет, но на приготовленном им ложе невероятно жестко спать. Равно как и то, что если ты с ним заключил сделку, то будь готов к тому, что почти наверняка пользы ты ему принесешь вдвое, а то и втрое больше, чем он тебе. Но при этом на сделки эти шли, поскольку Нифонтов непонятно каким образом всегда мог вывернуть дело так, что деваться было просто некуда. И, что важно, он всегда держал данное им слово, без всяких увиливаний и отговорок, даже тогда, когда ему самому это было невыгодно.

— Разумеется, — снова кивнул я. — Но повторюсь: ко мне какие претензии? Что с вашей стороны, что со стороны ворожей. Я пришел, они мертвые. Всё.

— Приехал, — поправил меня Николай. — И кстати, сразу вопрос, — а на чем? У тебя, помнится, «форанер». Так же? И где он? На стоянке мы такой машины точно не приметили.

Как чувствовал! Вот тут начиналась довольно скользкая дорожка, на которую мне очень не хотелось ступать. Дело в том, что Володя, похоже, по какой-то причине не захотел встречаться с этими ребятами, такой вывод я сделал на основании того, что в дом с оперативниками он не вошел, и те о его присутствии никак не упомянули.

Кстати — почему он так поступил? Всю дорогу мне спину прикрывал, а тут не стал. Мало того — вообще предпочел уйти в сторонку. При этом он даже не знал, что тут в доме случилось, потому и предположить не мог, что является потенциальным свидетелем по делу о тройном убийстве.

— Приятель подбросил, — ответил я. — Ему по дороге было, он и оказал мне такую услугу.

— Нам бы с ним поговорить, — произнес Нифонтов. — Да и тебе это на пользу пойдет. Его показания, по сути, являются твоим алиби.

— Ой, да ладно! — поморщился я. — Думай вы, что это моих рук дело, то разговор в другой тональности шел бы.

— Мы имеем то, что имеем, — рассудительно заметил Нифонтов. — Три трупа и тебя, стоящего рядом с ними. Вывод напрашивается.

— Пока не напрашивается, а притягивается за уши, причем усиленно. И кстати, очень грубо, без малейшей логики. — Я встал из-за стола, сделал пару шагов в сторону и оказался рядом с телом толстой ворожеи. — Не знаю, кто и как прибил, например, вот эту бедолагу, но лично мне подобное точно не под силу. Ее словно через дробилку пропустили, видно же. Опять-таки копье. Ладно, предположим, что твой коллега прав, и это я Беляну, как бабочку-белянку, к стене пришпилил. Но сомневаюсь, что она просто стала бы стоять на месте и этого ждать. Покойная была дамой резкой, быстрой и силой не обделенной, вам ли того не знать? Да и «пальчиков» моих на рукояти нет. Так что не наводите тень на плетень, хорошо? Лучше прямо спросите, чего вам от меня нужно, что знаю, то расскажу.

— Ты в курсе, зачем эти двое приехали в Москву? — моментально воспользовался моим предложением Николай. — Кто вон тот мужик, что он тут делал? И самое главное — ты сам для чего сюда прибыл?

Три вопроса и все очень неприятные, из числа тех, на которые отвечать не хочется. Причем не то что правдиво, а вообще. Но и врать мне не резон, потому что, если правда всплывет, а такое вполне возможно, то отдельские будут в полном праве выкатить мне претензию.

Не хочу я с ними ссориться. Невыгодно это.

— По первому вопросу — хрен знает. Ворожеи никогда и ни с кем своими планами не делятся, — усмехнулся я. — Их порода — вещь в себе, они на всех болт класть хотели, на меня в том числе. И про мужика ничего толком сказать не могу, кроме того, что он явно калдырил, как не в себя. Запах перегара чувствуете? Явно от него духманит, не от Беляны же?

— Ладно, — кивнул Нифонтов. — Ну а ты-то что тут забыл?

— Заказ, — пожал плечами я. — Ворожеи кое-что просили достать, я их пожелание почти выполнил, но «почти» не «совсем». Узнал, что Беляна в городе, решил заехать, с ней потолковать. Сам знаешь, до великой матери достучаться задача из непростых, а тащиться к ним за семь верст киселя хлебать неохота. Хотя сейчас думаю, что лучше бы поехал, оно мне дешевле бы вышло.

Тут пришлось правду немного вывернуть наизнанку и переиначить, но по-другому никак не получалось.

— Что за заказ? — спросил Михеев.

— Це-це-це! — погрозил пальцем ему я. — Подобные вещи всегда остаются между заказчиком и исполнителем, таковы правила. Но даю слово, что ничего противозаконного он в себе не содержит. Да и я бы не стал в грязь лезть, мне принципы дороже.

— Ой ли? — прищурился Павел. — А кто в свое время отмазывал оборотня, который заляпался в крови по самую макушку? Не ты ли?

— Слушай, сколько можно мне это вспоминать? — абсолютно искренне возмутился я. — Во-первых, я о его преступном прошлом знать не знал и ведать не ведал. Во-вторых, расторг с ним договор сразу после того, как правда всплыла наружу, а после оказал отделу всяческое содействие в его задержании. Было такое?