Читаем Тайные раны полностью

Что-то закопошилось на дне сознания Тони. Что-то насчет садов и ядов. Он сел в кровати, вывел ноутбук из спячки. Вновь оказавшись в Интернете, он набрал в Гугле два слова: «ядовитый сад». Первой выпала ссылка на Ядовитый сад при нортумберлендском замке Олнвик, где в изобилии произрастает смертоносная фауна. Сад открыт для широкой публики, все посещения проходят под строгим надзором охраны.

Впрочем, проводя дальнейшие изыскания, Тони обнаружил, что сама идея отнюдь не нова. Не исключено, что бывших хозяев замка вдохновил пример семейства Медичи, некогда разбивших подобный сад близ Падуи, чтобы отправлять своих врагов на тот свет. Или пример монахов из лечебницы Сутра под Эдинбургом: они использовали особые усыпляющие губки, пропитанные смесью опиума, черной белены и болиголова, чтобы анестезировать больного на двое-трое суток — как раз на тот период, который требовался для того, чтобы организм оправился от шока и перешел на естественный путь самоисцеления. На протяжении многих веков в разных местах появлялись другие сады, полные ядовитых растений, частные и тайные. На форумах и в блогах Тони нашел всевозможные рассуждения на сей счет.

Что, если Джек Андерсон имеет доступ в один из таких садов? Что, если яды для него — самое удобное оружие, до которого он может легко дотянуться? Тони взглянул на телефон. Вот сейчас как раз подходящее время, чтобы он зазвонил.

Но вместо этого в палату, постучавшись лишь для проформы, ворвалась миссис Чакрабарти.

— Я слышала, вы снова разгуливали, — изрекла она без предисловий.

— Но я вернулся, — заметил Тони. — Вы же все в один голос твердите, что мне нужно двигаться.

— Думаю, вам пора отправляться домой, — произнесла она. — Откровенно говоря, мы можем использовать вашу койку с большей пользой. К тому же в вас, черт побери, столько энергии, вы и без нас отлично будете восстанавливаться. Вы еще много раз придете сюда — к физиотерапевту. И если вы считаете, что до сих пор вам приходилось крутенько, посмотрим, что вы скажете, когда начнете разрабатывать сустав. — Она жизнерадостно улыбнулась. — Станете плакать и звать мамочку.

— Не думаю, — кисло отозвался он.

Миссис Чакрабарти засмеялась:

— Понимаю. Может быть, и не станете ее звать. Но плакать вы все равно наверняка будете. Итак, завтра утром, при условии, что мой старший врач-стажер сочтет выписку безопасной для вас, можете отправляться домой. У вас есть кто-нибудь, кто вам поможет с покупками, готовкой и прочим?

— Мне кажется, есть.

— Вам так кажется? Что вы имеете в виду, мистер Хилл?

— Такой человек существует, но, по-моему, сейчас она немного на меня обижена. Я вынужден рассчитывать на ее жалость и снисхождение. А если надежды не сбудутся, тогда буду полагаться на блюда, которые доставляются на дом.

— Постарайтесь до конца дня хорошо себя вести, доктор Хилл. Это был интересный опыт — заниматься вами как пациентом.

Тони улыбнулся:

— Приму за комплимент.

Еще один стук в дверь, еще одна стремительная женщина. Кэрол влетела в комнату, уже открыв рот для грозной тирады, но ее остановило присутствие миссис Чакрабарти.

— О, извините, пожалуйста, — поспешно сказала она.

— Я уже собиралась уходить, — промолвила хирург. И, обращаясь к Тони, спросила: — Это и есть тот человек?

— Да, — ответил он, изо всех сил сдерживая улыбку.

— Тогда советую вам потратить некоторую энергию на то, чтобы завоевать ее расположение. — Она кивнула Кэрол и вышла.

— Подозреваю, на это может потребоваться больше энергии, чем у меня сейчас есть, — произнес Тони, верно оценив настроение Кэрол.

Она вцепилась в раму его кровати. Он видел, как побелели ее костяшки.

— Что за игры ты затеял, Тони? Из-за тебя едва ли не лучший мой детектив рыщет по каким-то захолустным деревушкам и проводит какие-то дурацкие бессмысленные беседы, причем по большому счету это даже не наше расследование. Из-за тебя другой мой детектив боится съесть пирожное с кремом — вдруг Брэдфилдский Отравитель устроился на работу в пекарню при нашем управлении. И ты меня даже не считаешь нужным держать в курсе. Об этой ерунде насчет отравы я узнала от Кевина. От Полы я узнала, что беседа с Рэчел Даймонд ничего тебе не дала. Сам знаешь, я уже бог знает сколько раз за тебя вступалась…

— И это было не так уж несправедливо, — прервал он ее. Он слишком устал, ему было слишком больно, чтобы переносить упреки Кэрол. — В прошлых делах я нередко оказывался прав. И тебе это известно.

Она устремила на него взгляд, явно не столько разгневанная, сколько удивленная.

— Ты хочешь сказать, что своими успехами я обязана тебе?

— Я этого не говорил, Кэрол. Послушай, я знаю, ты хочешь утереть нос парням из ОБТ, но руки у тебя связаны. Поэтому ты являешься сюда и вымещаешь злость на мне. Что ж, прошу прощения, но у меня сейчас недостаточно возможностей, чтобы служить тебе боксерской грушей. Я пытаюсь тебе помочь, но если ты против — хорошо, я буду иметь дело не с тобой, а непосредственно с Джоном Брэндоном.

Она в самом буквальном смысле отшатнулась, точно он ее ударил.

— Что ты сказал? Просто не верится.