Читаем Тайные пружины полностью

Сейчас главная проблема Соединенных Штатов на Ближнем Востоке — это конфликт с Ираном. Но конфликт с Ираном начался из-за Китая. С тех пор как исламисты пришли к власти в Иране, он был единственным неподвластным американцам государством. И 25 процентов нефти в свое время Китай брал из Ирана. Американцы хотели иметь способность перекрыть эти поставки.

Таким образом, основное, что не нравится Соединенным Штатам в Иране, — не ядерная программа, как наши мечтатели думают. Совсем нет. Американцы хотели поменять режим в Иране, чтобы он стал более проамериканский. А будет у них ядерное оружие, не будет ядерного оружия — ну так у Пакистана есть ядерное оружие, и что? И у Индии есть ядерное оружие. Американцам это не мешает. Им-то ничего не угрожает: наоборот, они только заработают, продав больше оружия тем, кому угрожает Иран, в том числе Израилю.

Сегодня основная цель американского давления на Иран — это заставить их пойти на новое соглашение, отличное от старого. Этому американское военное присутствие в Сирии никак не способствует. Сейчас у них есть две базы на Ближнем Востоке, одна — в Бахрейне, другая — в Катаре. С базы в Катаре видно российскую территорию аж до Байкала. Эти две большие базы у них остаются, и вполне их устраивают с военной точки зрения. Объективно больше им там делать нечего. Это ничего не дает основным американским интересам, а основной американский интерес, как я уже говорил, — Китай и борьба с Китаем.

По сути, ситуация на Ближнем Востоке коренным образом поменялась 30 сентября 2015 года, когда российские вооруженные силы появились на территории Сирии. Можно сказать, с того момента возникла новая реальность. Теперь российская армия — постоянной военный элемент, присутствующий в этом регионе. Биньямин Нетаньяху совершенно напрасно кричал, что Сирия расчленится на несколько государств, и строил свою стратегию именно на этом. Когда американский президент сказал ему: «Мы уходим», — тогда до него дошло. Но до этого все вели себя так, словно американцы будут здесь всегда. С ними удобно, конечно. Но у американцев-то свои интересы. Они сказали: «Мы уходим!» — пришлось признать, что уходят. Как будто было сложно предвидеть…

Сейчас Нетаньяху делает попытки установить более тесные отношения с Россией. Совершенно правильное решение. Уже всем ясно, что присутствие России на Ближнем Востоке становится постоянным фактором. Теперь подумаем с позиции интересов Израиля: что меняется? А ничего не меняется.

Да, с уходом американских войск Асад овладеет всей Сирией, в том числе и курдскими районами. У курдов теперь выбор невелик. После ухода американцев у них только два варианта: или быть под туркам, или быть под Асадом. Трудно представить, что они выберут турок. И турки уйдут. И будет восстанавливаться Сирия. И единственный результат, который нас затрагивает, — на северной границе будет восстанавливаться сирийское государство. Единое государство, вопреки всем предположениям, желаниям, мечтам и оценкам наших горе-специалистов по Ближнему Востоку. Как военных, так и академических.

Что касается усиления иранского присутствия в Сирии, которое прочат некоторые аналитики, я не думаю, что так будет. Пока ясно виден обратный процесс — оно ослабляется. Сейчас иранские войска находятся на расстоянии порядка 100 километров от нашей границы. Гораздо дальше, чем были раньше. Вспомним, иранцы пришли в Сирию для помощи Асаду в войне. Война заканчивается. Как сами иранцы сказали: «Нас Асад попросил прийти — мы пришли. Попросит уйти — мы уйдем». Это, напомню, сказал Сулемайни, иранский руководитель КСИР, Революционной Гвардии Ирана.

Самому Асаду иранцы в Сирии абсолютно не нужны. Его вполне устраивают российские войска. Сирия — светское государство и хочет таким остаться. Меньше всего они хотят, чтобы эти бородачи учили их, как надо жить по законам шиитского ислама. Сирию уже пытались сделать религиозной страной, иранцы — на свой лад, саудовцы — на свой, турки — на свой. Ни один из этих вариантов сирийцам не понравился. Теперь создается единая Сирия, которая будет усиливаться и усиливаться, будет покупать новое оружие, начнет воссоздавать армию и государственные структуры. При этом она не будет проблемой для Израиля.

В отношении Ирана ничего не меняется абсолютно. Американская база в Негеве, которая отслеживает все, что делается в небе Ирана, остается. Информацию с нее мы продолжим получать. Американские системы противоракетной обороны, как морские, так и те, что они нам продали, — остаются. Наши системы противоракетной обороны, которые мы создали с помощью американцев, — остаются. Сейчас, например, планируется запуск «Хец-4». То есть в этом отношении ничего не меняется. Нас пугают, что вдруг восстановится какой-то мифический сухопутный коридор из Ирана через Ирак, через Сирию до Ливана… Ну, это, скорее всего, окажется такой же нелепостью, как все остальные оценки доморощенных политологов.