Читаем Тайные пружины полностью

Теперь о ситуации в Ираке. Какие там внутриполитические расклады в настоящее время и на ближайшую перспективу? Соединенные Штаты, сбросив Саддама Хусейна и приведя страну к демократии, путем выборов привели к власти иракских шиитов. Теперь там всё определяют шиитские группировки. Они разные — есть более проиракские, другие больше находятся под влиянием Ирана, но, в конце концов, они победили, и они формируют правительство.

У американцев сегодня минимальное влияние на иракские власти. Можно предположить, что события в Ираке будут развиваться своим, самостоятельным путем. Скорее всего, Ирак вернется на свое место в ближневосточной политике. Не как младший брат Ирана, как самостоятельная политическая единица, но только шиитского толка. Для Саудовской Аравии это не самый страшный вариант, но и не самый лучший. Хочу напомнить, что основные нефтяные месторождения Саудовской Аравии находятся в районах с шиитским населением на границе с Ираком.

Единственное, что гарантировало стабильность Ирака и его противостояние Ирану, — это была власть Саддама Хусейна. С сильным Ираком Иран никогда не занял бы теперешнюю позицию на Ближнем Востоке. Да, тяжелая была власть, да, Саддам был диктатором, но мы живем на Ближнем Востоке, и никакие другие слабые режимы тут никогда не были и не будут жизнеспособными. Если бы американцы не разрушили Ирак, не было бы ни усиления Ирана, ни этой Гражданской войны в Сирии, ни разборок с Катаром и многого другого. Был бы совершенно другой, более устойчивый Ближний Восток.

Кстати, с Ливией то же самое с небольшой разницей: с точки зрения социальных прав и уровня образования населения Ливия была впереди всех европейских стран. Да, тоже диктатура. Только нужно добавить, что ни один диктатор: ни Саддам Хуссейн, ни Каддафи в Ливии не привели свои страны к такой разрухе, к такому количеству жертв, к такому распространению террора. Как результат — дисбаланс чувствуется во всем мире. А итогом стали потоки беженцев из Африки или с Ближнего Востока, которые заливают и дестабилизируют Европу.

В 2001 году по настоятельной и неоднократной просьбе ФСБ президент России санкционировал запрет на мой въезд на территорию страны. Этот запрет до сих пор в силе. По крайней мере, все мои проверки это подтверждают. Подобное решение было продиктовано чисто профессиональными соображениями службы безопасности России. Они пришли к выводу, что им трудно будет предотвратить те или иные мои действия против безопасности страны. Это их право — иметь такое профессиональное мнение, я с ними по этому поводу не спорю. Хочу лишь добавить, если бы в моей стране кто-то сделал бы десятую долю того, что я делал в Советском Союзе, наша служба безопасности давно бы сошла с ума.

То есть я не буду уверять, что страна, в которой я живу, народ, к которому принадлежу, — все сплошь белые и пушистые. Когда лет пять назад в Европе проходил опрос: «Какое государство вы считаете наиболее агрессивным?», практически 60 процентов европейцев назвали Израиль. У нас, например, сейчас сложились очень напряженные отношения с Турцией. Дело тут не столько в Турции, сколько в политике ее нынешнего президента Эрдогана. Его устремления и наши интересы расходятся коренным образом. Я думаю, пока он будет у власти, это будет продолжаться. Сколько турки будут терпеть у власти самого Эрдогана и его партию «Мусульманские братья[3]. Турецкий вариант» — это турецкому народу решать, не нам. Раньше была эпоха Ататюрка Мустафы Кемаля, теперь наступила эпоха Эрдогана, политика которого точная антитеза Ататюрку. А обвиняют в этом конфликте Израиль.